Харриет, стоит признать, сражалась с внутренними демонами. Груди ее налились, все тело покалывало. Образ Гриффина, который встал в полный рост на ее защиту против целой банды уличных грабителей в мрачном предместье Лондона… уф, это проделало серьезную брешь в ее самообороне. Она позволила ему делать то, что он хотел, не проронив ни единого слова протеста. Да ей и не хотелось перечить ему. Ведь ей было так хорошо в его властных объятиях, а его пальцы доставляли ей такое блаженство. Даже в самых смелых своих мечтах она и представить не могла, что окажется беспомощной перед прикосновениями герцога. Она и не догадывалась, что мужская нежность может оказаться таким сильным оружием в умелых руках.
И, похоже, Гриффин понял, что Харриет сдалась на милость победителя. Она стонала, ее тело подавалось на встречу каждому движению его руки. Она чувствовала, как его пальцы проникают все глубже в тайник ее плоти. Она слышала, как страстно он дышит, и это сводило Харриет с ума. Его лицо мелькало, то, скрываясь в тени, то, всплывая подлунный свет, льющийся из окошка.
Гриффин улыбался, как падший ангел. Даже когда Харриет закрывала глаза, она видела перед собой его прекрасные черты.
— О, Харриет, — прошептал он, и когда она уже думала, что лучше не бывает, внутри ее разразилась буря, закутав ее в одеяло из тьмы.
Несколько долгих мгновений она пролежала неподвижно. И только когда он поднялся, оставив ее тело в покое, она почувствовала, что сердце замедляет темп. Гриффин посмотрел на нее в пугающей тишине, затем наклонился и нежно поцеловал в губы.
Всю дорогу они просидели молча. Харриет не смела, спрашивать герцога, как изменится ее жизнь после того, что случилось в карете. Однако она прекрасно понимала, что выпустила на волю силы, обуздать которые не подвластно никому, но за поступок этот ей придется расплачиваться многим.
Но по вашим глазам я понимаю, что утомил вас своими лирическими отступлениями, и потому продолжу свой рассказ.
Мэри Шелли. «Франкенштейн»
Еще один неписаный закон клана Боскаслов гласил, что все ссоры и неприязни должны обсуждаться тет-а-тет. На людях же ты должен делать вид, что ничего не случилось. Если Боскасл перестанет отрицать любое обвинение в свой адрес, он просто не дойдет от парадной двери до тротуара.
Когда Харриет встала с постели рано утром и поспешила к леди Паулис, чтобы помочь ей составить расписание на день, ее светлость ни единым жестом не напомнила ей о вчерашней катастрофе. Примроуз вела себя, как обычно, брюзжала о какой-то украденной шляпке, пока две служанки разводили огонь в камине и переворачивали вверх дном ее гардероб в поисках пропажи. Если бы Харриет не напомнила ей, что леди сама отправила шляпку в ремонт к шляпнику, то служанки устроили бы в комнате Примроуз настоящий разгром.