- Хотите сказать, - Киран взял поудобнее свой меч, - что теория поможет мне выжить, если не меня, как и на отца, будут покушаться?
Старый воин замешкался с ответом.
- Не совсем так, - произнес он, наконец. - Вашей задачей, как наследника, является изучение тактик ведения сражений, руководство армией и помощь Дисмасу, нашему уважаемому главнокомандующему. Единичные схватки один на один мы изучаем, чтобы вы имели реальное представление о том, с чем приходится сталкиваться воину. Тсарь никогда не рискнет вашей жизнью без крайней на то необходимости, и вам не придется лично участвовать в карательных походах против бунтовщиков или разбойников, например. Но не зная основ, вы не сможете стать хорошим полководцем.
- Гели, - мальчишка в упор смотрел на старого вояку, который с трудом подбирал слова, объясняя своему тсаревичу очевидное. - Вы ведь понимаете, что Дисмас еще долгое время будет самым лучшим командующим, а я силен только как маг. Воинское искусство никогда не станет частью моей жизни.
- И все же не стоит забывать о его ценности. Продолжим.
Гели провел серию ударов, которые тсаревич довольно легко отбил, после чего как бы случайно открылся, подставляя плечо, и в следующую минуту юный наследник уже лежал на полу, попавшись в подстроенную воином ловушку.
- Для того, чтобы спровоцировать неприятеля на определенные действия, следует хорошо представлять в уме последствия каждого вашего движения. Обманные выпады, случайные на первый взгляд ошибки подтолкнут его к ответному шагу, которого вы добиваетесь. Главное, успеть провести контратаку до окончания ложного маневра. Скорость и постоянное обдумывание следующих шагов - залог успеха.
- Спасибо! - Киран поднялся, потирая ушибленное плечо. - Скорость и обдумывание следующих шагов важны не только в сражении, так же говорит и Флавий.
- Совершенно верно! - начальник стражи, один из тех, с кем тсарь вместе плечом к плечу был с самой юности, всегда радовался успехам обоих тсаревичей.
Он поправил пояс на довольно объемном брюшке, тихонько вздохнул и снова встал в стойку. Тяжело было каждый день общаться с Кираном, видеть, как он похож на отца и старшего брата, и вспоминать о несчастье, постигшем правящую семью. Пока жива была Леа, все казалось почти идеальным. Наблюдать, как сын друга растет замкнутым, сердитым подростком, как его игнорирует собственный родитель, которому все еще больно вспоминать о покойной жене, было невыносимо. Гели казалось, что открыто выражать сочувствие мужчине и воину не подобает, и пытался дать мальчику как можно больше полезных знаний, изредка рассказывая истории о прошлом.