В этот миг Андрея словно молния ударила, время остановилось. Он застыл в оцепенении и ощутил полнейшую беспомощность, словно из него разом выпили все жизненные соки, словно это ему сейчас перерезали горло.
«КАК? ПОЧЕМУ? ЭТО НЕВОЗМОЖНО!» – кричала пронзенная ледяным ужасом душа, а перед ним…
Затуманившиеся синие глаза с грустью смотрели на парня, в них читался страх. Страх маленькой шестилетней девочки перед чем-то неведомым, не до конца осознаваемым, но подавляющим своей неизбежностью. Ни укора, ни мольбы о спасении. Лишь раз в жизни он видел такое во взгляде ребенка, вдруг понявшего, что ни мамы, ни папы рядом нет. Побледневшие губы любимой прошептали «прости», словно она сама была виновата в случившемся.
Андрею казалось, что у него остановилось сердце, но он нашел силы и смог перебороть оцепенение. Парень успел подхватить осевшее тело и плавно опустил на пол.
– Вероника, не смей!!!
Она уже не могла ответить, но испуг вдруг исчез из очей амазонки. Девушка дотянулась рукой до волос фокусника и нежно их погладила.
«Она не должна умереть, лучше я! Пусть лучше умрут все вокруг, рухнет мироздание, но не она!!! Ну почему я не убил себя там, в тоннеле, как говорил Хинг, может, тогда бы она не пострада…»
Мысль яркой вспышкой озарила сознание. Андрей рывком достал кинжал из сапога. Засохшая кровь Домоседа покрывала почти все лезвие. Но как же трудно…
«Прости, любимая!!!» – мысленно простонал Фетров и с силой надавил на рукоять…
Глаза девушки начали тускнеть. Перед тем как окончательно погаснуть, они одарили парня немым укором.
– А ты молодец! – больно резанул по ушам голос курмистра. – Зачем мучить девчонку? Один удар – и она на пути к духам.
Фокусник ничего не ответил. Он опустил девушку на пол, встал и с убийственной ненавистью взглянул на улыбающегося малорослика. Медальон Хинга уже висел на его груди.
– А знаешь, Вирлен, при других обстоятельствах мы могли бы с тобой подружиться. Но ты больше хочешь быть рядом с нашей бывшей собственностью. В этом мы тебе с большим удовольствием поможем. Эй, Зузлоз! Видишь – твое проклятие ничего не стоит! Наша рабыня померла, а мы получили амулет неуязвимости. – Курмистр не мог удержаться, злорадство так и переполняло его.
– Рано радуешься, – тихо сквозь зубы произнес Андрей.
В свой удар он вложил все мастерство и силу. Наконечник бича пулей устремился к Нарлу, пробив повелителю Кургстага лоб прямо над переносицей. Улыбка так и не сползла с лица курмистра, а во взгляде появилось огромное изумление. Плеть вернулась к хозяину, оставив малорослика с дырой в голове.