— Во-о-от! — Юноша назидательно поднял вверх указательный палец. — Вот, теперь мы и до эльфов добрались.
— Ну до них нам еще очень далеко, а я с вами вообще скоро до ручки дойду, — небрежно усмехнулась Ребекка. — Блуждаем, понимаешь, в этом поганом подземелье, как… — Тут она иронично покосилась в сторону нашего незадачливого проводника. — …как Беонир в потемках своих мыслей.
— Ну блуд — это скорее по твоей части будет, — в свою очередь не остался в долгу вредный юноша, — ведь лайил всегда обвиняют в распущенности и неразборчивости при выборе партнеров.
— Поостерегись обвинениями сыпать, чай, не в суде находишься, — угрожающе протянула оскорбленная Ребекка, выразительно хватаясь за рукоятки своих клинков. — Ох дождешься ты у меня, блохастый, отрежу я твой болтливый язык.
Но юноша легкомысленно рассмеялся, совершенно не воспринимая всерьез ее угрозы. Девушка взбешенно зашипела.
— А я что? — Ниуэ состроил умное лицо. — Я ничего! К тому же всем известно — смех здорово продлевает жизнь.
— Ничего — это пустое место, — иронично оскалилась лайил. — Сам признался.
— Смех может и укоротить, — укоризненно поправила я. — Смотря над кем смеяться!
Воительница одарила меня восхищенным взглядом:
— А ты умеешь дать отпор, малышка! — Она жестом старшей сестры благодарно погладила меня по голове. — А некоторые вообще ни на что не годны.
— Неправда! — вознегодовал Беонир. — Я из лука стрелять умею и петь.
— Жаль, что лука здесь нет, — хмыкнула недоверчивая Ребекка. — Поэтому можешь врать сколько душе угодно: хоть из лука, хоть из чеснока.
Юноша сердито поджал губы, похоже, на сей раз Ребекке удалось допечь его основательно.
— Тогда спой, — примирительно предложила я. — А мы послушаем и оценим.
Ниуэ просиял счастливой улыбкой, замедлил шаг и запел. Его голос, прекрасно поставленный и изобилующий удивительными переливами тембра, раскатился по подземелью, заглушив и шорох стекающей по стенам воды, и топот наших сапог. Мы с Ребеккой невольно заслушались, впечатленные как красотой песни, так и мастерством исполнителя.
Ответь мне, друг, а ради славы
Ты чем пожертвовать готов?
Ужели те бойцы лишь правы,
Кто не ценил ее оков?
Кто ради славы и почета
На сделку с совестью не шел,
Кто предпочел мгновенья взлета,
Кровь не пускал, интриг не плел…
Ответь мне, друг, а ради чести
Ты чем пожертвовать готов?
Ведь так легко поверить лести,
До смерти правду запоров.
Но правде рот заткнуть непросто,
Не приманить к себе успех,
Коль щит хватаешь не по росту
И не в бою добыт доспех.
Ответь мне, друг, а ради злата
Ты чем пожертвовать готов?