— Ты уверен? Не будет никаких проблем?
Питер рассмеялся.
— Проблемы будут у тех журналистов, которые попробуют сюда проникнуть.
* * *
Особняк Сорелли был не просто прекрасен. Он походил на дворец сказочного принца. Слуга в темно-зеленой униформе провел их через анфиладу величественных комнат, каждая из которых по размерам вполне соответствовала обеденному залу «Джеффро». Ягодка не была большим специалистом по интерьеру, но даже ей было ясно, что обстановку этого дома на мебельной распродаже не покупали.
Ашвария выражала свои чувства более открыто.
— Это потрясающе, — шептала она, восхищаясь то огромной хрустальной люстрой, то витыми перилами, то лестницей, ведущей на второй этаж, то изысканной картиной на стене. Ягодка подозревала, что это вряд ли копия.
Питер шел сзади, и, что он думает по поводу неуемных восторгов ее матери, Ягодка сказать не могла. Она запрещала себе оглядываться, хотя ей очень хотелось. Теперь, когда они были в полной безопасности, двусмысленность ситуации смущала ее. Еще несколько часов назад она отказалась поговорить с Питером и прогнала его из «Джеффро». А сейчас такая горячая благодарность переполняла ее сердце, что ей становилось неловко.
Она не выдержала и украдкой оглянулась на Питера. И тут же натолкнулась на его изучающий взгляд. Она покраснела и пошла быстрее. Неизвестно, сколько им придется пользоваться гостеприимством семьи Питера. Она должна научиться как-то общаться с ним.
* * *
Им отвели две красивые смежные комнаты на втором этаже. Высокие окна выходили во внутренний дворик, и можно было не опасаться, что нескромный глаз, вооруженный современной оптикой, сумеет обнаружить их там.
— Ужинают обычно в восемь, — сказал слуга с поклоном и исчез, прежде чем Ягодка успела открыть рот и сказать «спасибо».
Питер улыбнулся.
— На самом деле здесь ужинают, когда хотят. Если у вас не будет желания выходить к общему ужину…
— Я все поняла, — быстро проговорила Ягодка. — Мы будем сидеть как две мышки.
Питер нахмурился.
— Я не собираюсь вас прятать. Я просто хотел, чтобы вы чувствовали себя как дома.
Он вышел из комнаты, не дав Ягодке ничего ответить.
— Элли, здесь такой вместительный шкаф! — услышала она восхищенный голос матери.
Ягодка обернулась. Ашвария выкладывала вещи из сумки в большой шкаф на резных ножках.
— Я рада, что тебе нравится, мама, — сказала Ягодка и выглянула в коридор.
Питера уже не было. Я не должна была так с ним разговаривать, упрекнула она себя мысленно. Я даже не поблагодарила его.
— Он очень милый мальчик, — сказала Ашвария в унисон мыслям Ягодки. — Я счастлива за тебя, Элли.