Кроме того, как назло, вот-вот должны начаться месячные. Расслабив мышцы, низ живота стал горячим. Что же делать, если начнется кровотечение перед таким множеством людей?
И тогда открываются дверцы серебристого автомобиля «Mercedes-Benz coupe» и из него выходит изящная женщина средних лет в светлого цвета туфлях на высоких каблуках, темных очках и с серебряными серьгами в ушах. Стройная, и с такой, как у Аомамэ, ростом и фигурой. Протиснувшись между стоящими в пробке автомобилями доб Аомамэ, она снимает свое желтоватое, до колен, весеннее пальто и накидывает на нее. Легкое, как перышко, оно простого покроя, но, наверное, дорогое. И прилегает к телу, словно сшитое на заказ. Женщина застегивает его до последней пуговицы.
— Я не знаю, когда смогу вам его отдать, и, кроме того, могу испачкать кровью, — говорит Аомамэ.
Ничего не ответив, женщина слегка кивает головой, и, пробиваясь сквозь плотные ряды автомобилей, возвращается к своей машине. Сев за руль, она чуть-чуть поднимает руку в направлении к Аомамэ. А может, это ей только показалось. Аомамэ думает, что, завернутая в легкое, мягкое пальто, чувствует себя защищенным. Теперь ее тело не находится под человеческими взорами. И, словно дождавшись своего часа, по ее бедрам текут струйки крови. Теплой, густой. Но, хорошо присмотревшись, Аомамэ понимает, что это не кровь. Жидкость бесцветная.
Третий сон не удается передать словами. Он беспорядочный, бессюжетный, без картин, а только передает ощущение движения. Аомамэ непрерывно перемещается во времени и пространстве. А когда и где это происходит, не имеет большого значения. Важно, что она перемещается. Все текучее, и в этой текучести рождается определенный смысл. И пока она находится в плену такой текучести, ее тело постепенно становится прозрачным. Ладонь истончала настолько, что видно ее тыловую сторону. Видны кости, внутренности и матку. «Да и я сама могу исчезнуть. А если я стану невидимой, то что меня потом ожидает?»- думает Аомамэ. Ответа не было.
В два пополудни неожиданно зазвонил телефон и разбудил Аомамэ, задремавшую на диване.
— Что нового? — Спросил Тамару.
— Особо ничего, — ответила она.
— А как сборщик платы «NHK»?
— Больше не приходил. Говорил, что придет, но, возможно, это только угроза.
— Может быть, — согласился Тамару. — Ведь абонентская плата автоматически перечисляется с банковского счета и об этом сообщает записка, наклеенная на дверях. Сборщик платы обязательно должен обратить на нее внимание. Так мне разъяснила по телефону человек с «NHK». Сказала, что это какая-то ошибка.