— У меня нет супруга, — сказала она спокойно, — ...еще нет. Может, вы мне подыщите кого-нибудь. Может, вам стоит обеспечить мне богатое приданое. Подарите мне достойную жизнь, пусть мне будет позволено читать и писать. Тогда я без колебаний объявлю всеми свету, что этот брак никогда не был действительным и что Изамбур не только слабоумная, но и опасная, испорченная и злая.
Изамбур начала кричать, когда ее оттаскивали от Софии.
Слушая звуки, издаваемые ею, София невольно подумала о ядовитом растении, мандрагоре, крик которой — если ее неправильно собирать — может убить человека. Не менее опасным был и этот крик, потому что так жаловалась не просто слабоумная, но и преданная девушка. София стояла прямо, не в силах пошевелиться, и пыталась успокоить себя тем, что это уже не ее долг приводить в себя разъяренную девицу. Одновременно она думала, насколько велик ее грех, если она выступает против той, которую Бог не наградил необходимой долей разума.
Французским рыцарям, пытавшимся справиться с кричащей принцессой, чтобы заточить ее в монастырь Сен-Мор-де-Фоссе, было не менее жутко. Они привыкли сражаться против мужчин, а не против вопящих женщин.
Они вопросительно смотрели на Софию, будто ждали от нее поддержки. Она колебалась долго, до тех пор пока брат Герин не присоединился к ней, чтобы понаблюдать, как уводят отвергнутую девушку
Его решимость передалась ей.
— Уведите же ее скорее! — громко сказала София. — И смотрите, не подходите к ней близко! Вы только послушайте, как она кричит и брызжет слюной, и подумайте об истории о спасителе, который прогнал демонов, завладевших стадом свиней и сбросивших их со скал. Таким же нечистым духом наполнена и она! Так что поторопитесь скорее увести ее подальше от короля!
Она начала говорить громко, но ее горло вдруг сжалось. Перекричать Изамбур было непросто.
Мужчины по-прежнему выглядели растерянными.
Тогда София направилась вперед, схватила Изамбур за плечи и как следует встряхнула.
— Да уведите ее скорее! Ею завладели злые духи, и кто подойдет к ней близко, будет проклят навеки!
Звуки, издаваемые принцессой, стали нечеловеческими. Они кусали, пронзали, причиняли боль.
— Уведите же ее наконец! — вскричала София. — Уведите!
Она почувствовала, что мужчинами при виде столь необычного зрелища овладел страх. «Трусы», — подумала она и не могла понять, почему чувство стыда, охватившее обычно смелых и решительных воинов, передалось и ей, и ее охватила дрожь, как будто на ее душу легла мокрая простыня.
София еще крепче схватила Изамбур, но не встряхнула, а со всей силы оттолкнула в другой конец комнаты. Изамбур не пыталась удержаться и растянулась на полу, ударившись головой. Послышался глухой удар, а потом все стихло.