— Вон она. Я помню, как ставила ее возле туристского автобуса вон там, в углу.
Гупта коснулся экрана в этом месте, и на «корвете» замигал косой крест. Профессор нажал еще одну кнопку и сложил руки на груди.
— Я переключил «хайлендер» на автономную работу, — сказал он. — Смотрите на экран.
Гупта не трогал рукоятей, но машина поехала по стоянке. Она выбрала кратчайший доступный путь к «корвету», делая примерно пятнадцать миль в час и уверенно объезжая стоящие машины. Примерно на полпути стал сдавать назад какой-то мини-фургон всего в десяти футах от «хайлендера», и на экране было видно, что робот едет прямо в его скользящую дверь. Дэвид автоматически вытянул правую ногу, отчаянно нащупывая несуществующую педаль тормоза, но Гупта так и держал руки скрещенными на груди. Вмешательство не требовалось, потому что «хайлендер» уже снижал скорость. Предоставленная сама себе, машина медленно остановилась.
— Правда, замечательно? — спросил Гупта, показывая на экран. — Автономная навигация — это не какой-нибудь простенький алгоритм. Тут нужно анализировать ландшафт и оценивать риски, это сложнейший процесс принятия решений, а принятие решений — это ключ к разуму и сознанию. — Он обернулся к Дэвиду и Монике: — Вот почему я ушел из физики в робототехнику. Я увидел, что мир ничуть не приблизился к тому, о чем мечтал Herr Doktor — ко всеобщему миру. И понял, что никогда эта мечта не станет реальностью, пока не произойдет фундаментальный сдвиг человеческого сознания.
Водитель мини-фургона переключил передачу и отъехал с пути «хайлендера». Тут же робот возобновил движение в сторону «корвета», а Гупта прислонился к стене отсека.
— Я думал, что искусственный интеллект может послужить мостом к этому новому сознанию, — продолжал он. — Если бы мы сумели научить машины думать, то могли бы кое-что узнать и о самих себе. Я знаю, что этот подход должен казаться полной утопией, но двадцать лет я на него надеялся. — Он наклонил голову и вздохнул. В тусклом свете навигационного экрана он казался измотанным. — Нам не хватило времени. У наших машин есть интеллект, но это интеллект термита. Хватает, чтобы кататься по парковочной площадке, не больше.
«Хайлендер» наконец доехал до запрограммированной цели. На навигационном экране показалась корма «корвета» Моники — всего в нескольких футах от робота, вместо номера на машине была табличка со словом «СТРУНЫ». Дэвид обернулся к Гупте, надеясь услышать, что делать дальше, но старик все еще смотрел в пол.
— Какая потеря, какая потеря! — бормотал он, качая головой. — Бедняга Алистер, тайна свела его с ума. Он вернулся в Шотландию, чтобы забыть уравнения, которые дал ему Herr Doktor, но не мог стереть их из памяти. Жак и Ганс, они были сильнее, но теория терзала и их.