— Он кого-нибудь принимал?
— Я никого не видела.
Николя понюхал стаканы.
— Я бы сказал… сегодня ночью… Нет, его здесь не было… Значит, сегодня утром. Вы уверяете, что проводите за конторкой все двадцать четыре часа?
— Разумеется, нет, но… Честно говоря, я больше ничего не знаю. Конечно, все возможно.
Она снова разрыдалась. Николя пожал плечами, поражаясь подобному легкомыслию. Семакгюс указал на край одного из стаканов: на нем виднелись следы помады.
— Разве угадаешь! — вздохнул комиссар. — В наши дни мужчины зачастую используют еще больше грима, чем женщины. Наносят и румяна, и белила, и помаду. Но запомним этот факт.
Причитая и охая, хозяйка проводила незваных гостей до самого экипажа. Едва они сели в карету, как Николя немедленно стал выстраивать гипотезы, вытекавшие из посещения улицы Кристин.
— Две недели назад лорд Эшбьюри под выдуманным предлогом прибыл в Париж. Глупость хозяйки пансиона и отсутствие проницательности у наших людей — боюсь, что с уходом Сартина в нашей работе сбои происходят все чаще, — позволили ему избежать полицейского надзора, который осуществляется над всеми иностранцами. Он спокойно разгуливает под вымышленным именем, что-то ищет под вымышленным предлогом и с неведомой нам целью ездит в Версаль. Там он случайно сталкивается со мной практически нос к носу и спасается бегством. Он выслеживает меня и, полагаю, отдает приказ убить. Но покушение возле дома графа д'Арране проваливается. Предчувствуя, что я стану его искать, он мчится в Париж, завершает свои дела, принимает своего агента и удирает из гостиницы. Париж велик! Интересно, где теперь он прячется?
— Не кажется ли вам, что он направился прямо в Кале? — задал вопрос Семакгюс.
— Нет, не кажется. Его миссия еще не окончена. Каким-то образом я встал у него на пути. Но куда ведет этот путь? Повторяю еще раз: совпадений не бывает, не бывает совпадений…
Николя стукнул кулаком по плюшевой обивке скамьи, и вверх поднялось облачко пыли.
— Никто не заставит меня поверить, что лорд Эшбьюри, или, как он именует себя здесь, Фрэнсис Сефтон, совершенно случайно остановился в гостинице в четырех шагах от дома Дюшампланов! Не знаю, почему он это сделал, но узнаю непременно!
— Согласен, надо понять, что привело его во Францию и — подчеркнем — заставило скрываться под вымышленным именем, — произнес Семакгюс. — Остаются также Дюшампланы, чье поведение, на мой взгляд, содержит некую загадку.
— Я не хотел сразу перегибать палку, а потому не стал подниматься, чтобы поговорить с супругой. Пусть они по-прежнему чувствуют себя в безопасности. Если они успокоятся, мы от этого только выиграем. Что же касается младшего брата, уверен, он появится еще не скоро. Однако я не могу поверить, что причиной убийства в особняке Сен-Флорантен является выгода. Эти люди достаточно богаты. Тогда что?