— Как прошла твоя поездка? — удивительно спокойно спросила она.
— Успешно. — Никос повернулся к столу. — Если бы я знал, что ты запланировала для нас праздничный ужин, я бы приехал раньше.
— Это твой день рождения, и ты можешь проводить его как угодно.
Никос негромко рассмеялся:
— Я вспомнил о нем, только когда увидел плакат. Последний мой день рождения, который я праздновал, был в шестнадцать лет. Но, как ты узнала?
— Из твоего паспорта. — Китти собралась с силами и улыбнулась. — Ты откроешь свой подарок? — мягко спросила она.
Никос не понял, почему у него так сильно забилось сердце при виде упакованного подарка. Впервые в жизни ему дарилось то, о чем он не имел представления. Под взглядом Китти он сорвал серебристую подарочную бумагу и ошеломленно уставился на портрет, чувствуя незнакомое ощущение подступивших к глазам слез.
— Тебе нравится? — первой спросила Китти, больше не в состоянии выносить наступившую тишину. — Художник использовал фотографию твоей матери. Похожа, как ты думаешь?
— Не знаю, что и сказать…
Горло у него сжалось от овладевших им чувств, которые Никос подавлял в себе столько времени. Годы прошли с тех пор, как он видел эту женщину, которую художнику блестяще удалось перенести на холст. Ее улыбку, говорящую о любви к сыну…
Сердце Никоса дало трещину.
— Никос?
Китти не ожидала, что ее подарок подвергнет Никоса в состояние оцепенения, и на одну ужасную секунду подумала, что он недоволен и раздражен. Но когда он посмотрел на нее, она увидела в его глазах слезы. Напряжение, не оставлявшее ее все эти часы, что она ждала его домой, исчезло.
— Ох… Никос, не надо! — Она подбежала к нему и коснулась его лица дрожащими пальцами. — Я совсем не хотела тебя расстроить.
— Ты не расстроила. — От обуревающих его эмоций Никосу было тяжело говорить. — Это чудесный подарок, Китти. Но почему?..
— Я знаю, как сильно ты ее любил. — Китти сделала глубокий вдох. — И потому что я люблю тебя. Всем сердцем.
— Китти! — Никос положил руки ей на плечи и сжал так сильно, что его пальцы впились ей в кожу. Лицо его приобрело загнанное выражение.
— Все хорошо, — с вымученной улыбкой сказала она. — Я знаю, что ты не можешь сказать мне этих слов. Я также понимаю, что после Греты тебе не захочется никого любить. — От слез, очки Китти запотели. Она сняла их и потому пропустила вспышку эмоций, отразившихся в его глазах. — Я люблю тебя, Никос, — уверенно продолжала она, хотя внутри ее была пустота. — Я боролась со своими чувствами, но я ничего не могу с собой поделать…
Никос молчал несколько томительно долгих секунд.