— Давай немного об этом поразмышляем, — продолжал Лукас, медленно шагая к машине. — Если мы имеем дело с серийным убийцей, зачем он похоронил Джорджа? Двух остальных он даже спрятать не пытался. А возить тело по проселочным дорогам весьма опасно. Что он хотел скрыть, расправившись с Джорджем и закопав его тело?
— И почему не похоронил его в ночь убийства? Чего он ждал? Это дополнительный риск, — подхватил Слоун.
— Все слишком запутано. У меня начинают возникать сомнения — понимаем ли мы, что происходит, — сказал Лукас.
Они подошли к машине, и Лукас оперся о крыло.
— Мы продолжаем интересоваться Беккером, потому что нам кажется, что он убийца. Но подобные действия не имеют смысла с его точки зрения.
— Продолжай, — нетерпеливо сказал Слоун.
— Если преступник Беккер, почему убита Армистед? Он утверждает, что не был с ней знаком, и у нас нет оснований ему не верить. Ее друзья никогда не слышали о Беккере, они не помнят его лица. Если убийца прикончил Джорджа исключительно ради удовольствия, почему он похоронил только его, а остальных оставил на месте преступления?
Слоун кивнул и вздохнул.
— Ты прав, все непросто.
— Но интересно, — сказал Дэвенпорт.
— Дай ключи, — попросил его друг. — Я хочу сесть за руль этой колымаги.
На обратном пути Лукас рассказал Слоуну о могиле Джорджа и о словах Хелстрома «Дурная голова ногам покоя не дает».
— До слез нас рассмешил.
— Остроумно, — заметил Слоун, который любил разные каламбуры.
Они ехали на запад по I-94. Сидя на месте пассажира, лейтенант отрешенно смотрел на плакат, рекламирующий туры в Южную Дакоту. «Ногам покоя…»
— Проклятье! — воскликнул он. — Когда искали отпечатки в квартире Беккера, они проверяли пол возле ванной комнаты? Той, что находится рядом с ее спальней?
— Откуда мне знать, — ответил Слоун. — А почему ты спрашиваешь?
— Следы, — сказал Лукас. — Любовник, кем бы он ни был, протер ручки и все остальное, но могу спорить, что этот сукин сын не стал мыть пол. В таком случае мы все еще можем найти отпечатки его ног. И раз уж «ногам покоя не дает…»
Приехала Кэсси и стала готовить на кухне что-то итальянское. Пританцовывая и напевая, она возилась с томатным соусом и облизывала деревянную ложку, пробуя свое варево. Она надела пушистый облегающий свитер, и Лукас вертелся рядом, стараясь погладить ее по животу.
— Какие у тебя невероятные мышцы! — восхитился он.
— Каждое утро я молюсь Джейн Фонде.
По радио передавали «Mama's Got a Squeeze Box», и актриса попыталась дать Лукасу урок танцев. Но в этом он не преуспел.
— У тебя те же проблемы, что у большинства больших белых мужчин: ты боишься трясти задом, — пожаловалась она. — Но иначе невозможно танцевать.