— Отличная история, если я смогу упомянуть твое имя. Что-нибудь еще?
— Ты должна намекнуть, что я скоро отыщу этого парня — ведется опрос свидетелей, у меня есть фоторобот, и я всем его показываю. Я продемонстрирую его людям, у которых ты потом сможешь взять интервью, они будут знать, что должны с тобой сотрудничать. Они опишут этого парня, но ты моего рисунка не увидишь.
— Все это замечательно. Но как я должна буду с тобой расплатиться?
— Я хочу, чтобы в репортаже ты сообщила, что получила информацию из независимого источника. Можешь использовать мое имя, но ты не должна меня цитировать и говорить, что новые сведения дал я. Упомяни, что я отказался от комментариев.
— Но это ложь, — возмутилась Карли.
— Да, — согласился Дэвенпорт. — Ты должна сказать, что узнала об этом от секретного источника в нашем департаменте, но не от меня. Можешь добавить, что мы с моими коллегами разошлись во мнениях и мне было предложено держать язык за зубами. После чего ты немного расскажешь обо мне и сообщишь, что у меня есть собственные источники информации, о которых не знают другие полицейские.
— Я не понимаю, что все это значит, — сказала она, и у нее на переносице появилась небольшая морщинка. — Хотелось бы все же знать, куда я двигаюсь, на случай если мне предстоит падение с обрыва.
Лукас доел шоколад, два раза лизнул ванильное мороженое и выбросил остатки в стоящую у него за спиной урну.
— Я действительно не сомневаюсь, что любовник Стефани Беккер жив. Он должен почувствовать угрозу, но не от меня. Нужно, чтобы он пришел ко мне.
Она кивнула.
— Хорошо. Мы сделаем так, как ты хочешь.
— И это совсем неплохая история, — заметил Лукас.
Карли посмотрела на часы.
— Кстати, мне нужно бежать.
— Что-то случилось?
— Должно произойти нечто серьезное — я точно не знаю, что именно, но меня отправили на задержание с отрядом быстрого реагирования.
— Звучит неплохо, — сказал Дэвенпорт.
— Звучит паршиво. Но я должна быть на переднем крае, — вздохнула она. — Мы начнем репортаж в десять.
Элла Крюгер, опустив голову, медленно шла по краю тротуара вниз по склону холма, вдоль утиного пруда колледжа. Ее губы беззвучно двигались, пальцы отсчитывали большие черные бусины четок, свисавших с пояса. Не застав ее в кабинете, Лукас следовал за ней на расстоянии в пятьдесят футов, лениво посматривая на студенток — большинство из них были крупными симпатичными блондинками, словно сошедшими с рекламы немецкого печенья. Он ждал, когда Элла переберет последний десяток бусин.
Вскоре она выпустила четки, выпрямилась и быстро пошла вокруг пруда. Лукас поспешил за ней, и она обернулась и заметила его, когда их разделяли те же пятьдесят футов.