Лео Бертран лично вышел к полиции. Что он им говорил, никто не слышал, но по тому, как быстро разъехались автопатрули, было понятно, что объяснения директора частной клиники их вполне удовлетворили.
– Интересный тип этот ваш Бертран, – проговорил Локис, наблюдая, как отъезжают машины с мигалками.
– Старый чекист, – хмыкнул Дроздов. – Его сюда еще в брежневские времена выслали.
– Давно ты с ним знаком?
– Лет пять или шесть. С тех пор, как начали в заграничные командировки посылать.
– Кто вообще он такой? – Локис развернулся и медленно пошел по гравийной дорожке по направлению к корпусу. – Ты сказал, что он врач, диссидент и так далее. Но знаешь, как-то это не вяжется с тем, что я вижу.
– Да я и сам толком не знаю, – признался Дроздов. – В конторе мне его представили как врача, но, насколько я заметил, в оперативной работе нелегала он разбирается не меньше, чем в человеческих кишках. Да и клиника эта какая-то странная…
– На это я уже обратил внимание, – проворчал Локис. – Забор под током, охрана с боевым оружием, повсюду камеры наблюдения… Но самое главное, вышколенная обслуга, которая не задает лишних вопросов и не сует нос не в свои дела. Все это наводит на определенные размышления… Мне вот только не совсем понятно, как эти уроды сюда попали? Вы, кстати, выяснили, кто они такие?
– Не до того было, – недовольно проговорил Дроздов. – Сам же видел. То Гудаева искали, то с полицией объяснялись… Давай сейчас попробуем выяснить, ху из ху.
Они вошли в главный корпус клиники и, поднявшись на второй этаж, отыскали хирургический корпус.
– Простите, мадемуазель, – обратился по-французски Дроздов к молоденькой медсестре в короткой юбке и кокетливой наколке. – К вам только что поступил человек с огнестрельным ранением. Вы не подскажете, в какой палате он лежит?
– Не понимаю, о чем вы говорите, месье, – ответила девушка, улыбаясь как можно доброжелательней. – Сегодня поступил только один человек с огнестрельным ранением, но это было еще днем…
Спецназовцы изумленно переглянулись.
– Простите?.. – вопросительно вскинул бровь Дроздов.
– У нас нет такого пациента, – пояснила медсестра. – За последние восемь часов в клинику не поступало. Во всяком случае, при мне…
Девушка опять улыбнулась и, сделав перед мужчинами книксен, быстро пошла по больничному коридору.
– Ты что-нибудь понял? – спросил Дроздов у Локиса, все еще не приходя в себя от легкого шока. – Мадемуазель утверждает, что в клинику никого не привозили как минимум восемь часов.
– Н-да, – протянул Володя. – Странная эта больница. Какие-то секреты, тайны… Прямо какой-то шпионский центр посреди Парижа, а не клиника.