Ну и сразу по трое довольно опытных, искушённых в политике, знании обстановки и даже в истории мужчин, вели непосредственно допрос. Опять-таки, с присутствием и участием как самого Ястреба Фрейни, так и его братьев. Естественно, что первым вопросом для выяснения, стояли дислокация, планы противника, их силы и направления предстоящих ударов, как по воинским формированиям людей, так и по скоплениям переселенцев.
Мои предположения оказались верными: наш лагерь был замечен издалека ещё позавчерашним вечером, и чтобы не "спугнуть" нас, кречи близко даже не подлетали. Ибо когда в ночной дозор выставлялось до трети боеспособных воинов, ночные, а вернее рейды перед самым рассветом частенько заканчивались тяжкими потерями как для зроаков, так и для их летающих прихвостней. В данный рейд отправилась одна из самых опытных девяток, считающаяся боевым, спаянным отрядом и даже имеющая классификацию весьма сходную с понятием эскадрилья. Кстати, это именно я ввёл такую терминологию в определения боевых лётных образований и, как оказалось впоследствии, понятия звено, эскадрилья, и "полное крыло", состоящее их трёх эскадрилий, распространилось по Ничейным землям, словно лесной пожар. А в дальнейшем терминология перекинулась и на все остальные фронта и места сражений.
После первого воздушного удара, возникновения паники, а то и попытки устроить пожар, командир эскадры осветительным амулетом, типа переносного маленького люмена, должен был с высоты дать сигнал готовым к конной атаке зроакам. Понятное дело, что для тех дозорные в башне не представляли бы большой опасности, они бы этот заслон просто объехали по большой дуге и ударили при начинающемся рассвете по паникующим людям. Так как сигнал подан не был, людоеды догадались верно о сорвавшемся нападении и благоразумно ушли к горам. По утверждениям кречей к данному большому отряду из полусотни людоедов, ещё кроме эскадрильи уничтоженной только что, принадлежало звено из двух кречей-разведчиков и пары боевых охотников. Но охотники где-то пропали три дня назад, как и квартет диверсионной группы из зроаков. То есть вполне возможно, что и в данный момент за лагерем велось наблюдение издалека.
На эту тему Лёня высказал свои мечты на ходу:
- Эх! Нам бы одну снайперку! А ещё лучше ма-а-аленкий вертолётик с ма-а-аленьким пулемётиком.
- Забыл, что здесь порох не взрывается? Да и двигатель внутреннего сгорания может не действовать...
- Абсурд! Если горит - то горит. Взрывается - то взрывается.
Тем не менее на огнестрельное оружие рассчитывать в этом мире не приходилось. И то, что у нас имелось для личного пользования, так и оставалось бесполезным грузом в нашем немалом багаже. Но споры между нами на эту тему частенько продолжались. Да и имеющиеся сведения о взрывных веществах заставляли думать, что не срабатывающий порох - это совсем не следствие какой-либо "болезни в атмосфере", как я ошибочно считал раньше, а нечто совсем иное. Увы! Для более подробных разбирательств на эту тему нужно было иметь время, лабораторию, ингредиенты, и опять время, время и ещё раз время.