— И вы лечили свою тоску в объятиях друг друга?
— Да, вроде того. Но все было вполне невинно. Мы ничего особенного себе не позволяли. Только самую малость…
— Поцелуи — и тому подобное?
Марисса покраснела.
— Да, именно так. А потом он женился, и все у нас закончилось. Он никогда не флиртовал со мной после своей свадьбы. Так что я не могу даже представить, что он мог отправить такое письмо.
— Но был ведь еще и Фицуильям Хесс. Наверное, нет нужды спрашивать, каким образом ты оказалась с ним наедине.
— Ох, он такой очаровательный!
— Это я уже слышал. Но говорят, что у него дурная репутация.
— Да, конечно, — согласилась Марисса.
Джуд внимательно на нее посмотрел:
— Дорогая, а ты знаешь, что благовоспитанная молодая девушка должна избегать мужчин, пользующихся дурной славой?
Марисса вспомнила, как Фицуильям тискал ее, и щеки ее запылали. Пожав плечами, она пробормотала:
— Наверное, он мог бы обесчестить меня, но он этого не сделал, просто сделал мне… очень приятно… И я бы снова не отказалась от этого, если бы представилась возможность.
Марисса умолкла и затаила дыхание, ожидая реакции Джуда. Ей действительно очень понравилось то, что она делала с Фицуильямом. Тогда она впервые в жизни почувствовала, что флиртовать с мужчиной опасно. Рискованно. И все же она не воспротивилась, когда Фицуильям повел ее в глубину сада на балу у Виндзора. И как ни странно, все завершилось вполне благопристойно. Во всяком случае, более или менее благопристойно. Вероятно, ее спасла расчетливость Фицуильяма. Судя по всему, у него не было ни малейшего желания на ней жениться. Целуя ее тогда, он бормотал:
— Не беспокойся, я не обесчещу тебя.
И тем не менее он ее обесчестил. Обесчестил теми действиями, которые совершал в темноте. Теми прикосновениями, которых он требовал от нее.
И он обесчестил ее тем, что после этого ей захотелось большего. Да, ей хотелось еще больше удовольствий. И хотелось узнать как можно больше. Но все же она вела себя довольно благоразумно и не позволяла себе предаваться соблазну с другими джентльменами. Она даже не стала танцевать с Фицуильямом Хессом, когда встретилась с ним снова.
Все свои тайные желания она держала при себе… вплоть до того рокового вечера с Питером Уайтом.
О.Господи, какое разочарование ее постигло! Она не испытала того удовольствия, которое пережила в памятный вечер с Чарлзом. Не было и той удивительной новизны, что поразила ее при тайном «общении» с Фицуильямом. И уж конечно, не было ничего сравнимого с тем наслаждением, которое подарил ей Джуд.
Марисса взглянула на него вопросительно, а он вдруг заявил: