— Зачем? Почему бы вам не остаться, чтобы убедиться окончательно? — спросил Нэш, стискивая руку Мэдди.
Он знал, что ей желательно, чтобы этого человека поймали и узнали у него причину всей этой истории.
— Его светлость, — Люк кивком указал на Маркуса, — не привык жить в такой тесноте.
— Ты пнул меня дважды за одну ночь, — пожаловался в ответ Маркус. — У этого парня весьма беспокойный сон. Наверное, лучше спать в одной постели с диким зверем.
— Все лучше, чем с графом, который никогда в жизни не спал ни с кем в одной постели.
Губы Нэша дрогнули в улыбке.
— Вы спали на одной кровати?
Его брат пожал плечами:
— Никто не предупредил, что наверху кровати чрезвычайно короткие. А поскольку мы оба с Люком ростом выше шести футов...
— Мне наскучило говорить о кроватях. Неужели никто не догадается предложить нам выпить? — прервал его Люк.
— Сию минуту, — сказал Гарри, заглядывая через его плечо в открытую дверь, которую как раз закрывал Бронсон. — Если не ошибаюсь, по подъездной аллее сюда движется карета тетушки Мод.
— Отлично. Значит, она получила мое письмо, — сказал Нэш.
Его тетя? У Мэдци екнуло сердце.
Гарри круто повернулся и пристально поглядел на него.
— Тебе не кажется, братец, что ты слишком вольно обращаешься с приглашениями в мой дом?
— Но она и твоя тетя тоже, — с милой улыбкой заметил Нэш.
— Это та тетя, которая последние несколько недель обыскивала страну в надежде найти для тебя подходящую невесту, не так ли? — сказала Нэшу Мэдди. — Она знает обо мне?
— Это... не совсем так, — сказал Нэш. — Некоторые вещи лучше говорить с глазу на глаз. Положись на меня, я все сделаю.
Гарри рассмеялся.
— История повторяется, — как-то загадочно произнес он. — Тетя Мод будет в восторге.
— С тетей Мод я сам справлюсь, — самоуверенно заявил Нэш.
— Он ведь дипломат, — сказал, обращаясь к Мэдди, Гарри, но нечестивый блеск в его глазах ее отнюдь не успокоил.
Вид тети Мод, леди Госфорт, поднимающейся по ступеням лестницы к парадным дверям, которая горько жаловалась на состояние дороги от Бата, вызвал у Мэдди еще большее беспокойство. Высокая матрона с римским аристократическим носом, она вошла в дом и стряхнула с плеч меха в подставленные руки дворецкого и ливрейных лакеев, не обращая ни малейшего внимания на присутствующих.
Одета она была в высшей степени элегантно и источала такую уверенность в себе, которая появляется только тогда, когда всю жизнь указываешь людям, что надо делать, и имеешь несколько поколений предков, которые делали то же самое.
Она остановилась на мгновение и с нескрываемым одобрением посмотрела на четырех высоких молодых мужчин.