— Сейчас я попробую развести огонь, — пробормотал Марк, открывая печку и заглядывая внутрь. — А ты пока сними мокрую одежду.
Слова звучали совсем буднично, но Вики замялась, глядя, как он кладет в печку дрова и поджигает клочок бумаги. Оставаться в холодной, липнущей к телу одежде было совершенно невозможно, и Виктория, наконец, решилась раздеться.
Девушка сбросила туфли и принялась медленно расстегивать пуговицы. Стянув с плеч мокрую блузку, Виктория повесила ее на спинку деревянного стула. Затем онемевшими пальцами расстегнула молнию на юбке и переступила босыми ногами через пояс. Юбка тоже легла на стул. От тепла печки одежда быстро высохнет, подумала Вики.
Марк, конечно, знал, что она раздевается, но не отвлекался, пока дрова не разгорелись как следует. Затем он закрыл дверцу печки и бросил на Вики взгляд через плечо. Девушка смущенно стояла посреди домика в белом кружевном бюстгальтере и узеньких белых трусиках. Мягкий свет, идущий от фонаря, золотил ее кожу. Взгляд Фрио обдал Викторию жаром. Неприкрытое восхищение заставило сердце девушки забиться быстрее.
Марк медленно выпрямился. В невысоком домике он казался еще выше — Вики пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Девушка вдруг почувствовала, что не может двинуться с места, во рту у нее появилась странная сухость. Они, наконец, остались одни — примерно такие обстоятельства казались наиболее удобными для первой ночи любви, и вдруг девушка испугалась, что Марк не использует и этот шанс.
— Тебе… лучше завернуться в одеяло, — хрипло предложил Фрио. Не отводя глаз от Вики, он взял с топчана одеяло и обернул вокруг ее плеч. Внезапно, явно не в силах сдерживаться, Марк привлек девушку к себе, всматриваясь в ее лицо затуманившимися карими глазами.
Казалось, Земля на несколько долгих мгновений прекратила движение и весь мир застыл, погруженный в тихий сон. Единственными звуками были потрескивания дров и меланхоличный стук дождя по крыше. В этой тишине Марк наклонился и поцеловал Викторию, медленно и нежно лаская ее язык своим.
Девушку с ног до головы охватила пламенная лихорадка. Одеяло показалось слишком тяжелым и теплым. Ей захотелось сбросить его и прижаться обнаженным телом к Марку. Вики всегда была уверена, что способна противостоять предательским чувственным желаниям, но сейчас вся прежняя уверенность перевернулась с ног на голову — девушкой овладела всепоглощающая жажда любви.
Как ей хотелось, чтобы Фрио снял все то немногое, что еще оставалось, и подарил ласку сильных, умелых рук, сжал грудь, поцеловал соски, а потом, когда желание станет нестерпимым, раздвинул ее бедра и утвердился в податливом теле проникающими движениями тугой плоти…