— Мне она сказала, что мечтает стать моделью, и, по-моему, у нее для этого есть все данные, — сказала Ли.
— А сколько девочек в ее возрасте сообщали вам о том же?
— Порядочно, но…
— Вот видите! Это преходящие увлечения! Тех возможностей, которые моей дочери преподносятся на блюдечке с голубой каемочкой, многим женщинам приходится добиваться потом и кровью. В их числе, к примеру, мои родные сестры.
— Расскажите! — Ли почувствовала, что, быть может, это позволит ей понять Дэниела.
— У меня две сестры, обе старше меня. Отец наш, человек старой закалки, считал, что сыну хорошее образование необходимо, а о карьере дочерей у него голова не болела. После смерти отца его состояние, завещанное мне, перешло в распоряжение опекуна. Старшая сестра Джин получила стипендию в университете, а вторая — Сара — пошла работать секретарем. Позднее она успешно окончила вечерний университет, а сейчас — студентка Оксфорда. Содержу ее я. И Джин я также помогаю получить следующую ученую степень. Мне в жизни посчастливилось вытащить выигрышный билет, а им — нет, следовательно, мой долг — помогать им.
— А на днях вы заявили с телевизионного экрана, что женщинам следует остерегаться мужчин.
— Это было просто эффектное завершение передачи.
— Как жаль, что вы так умны! — со вздохом проговорила Ли. — Я заглянула в «Кто есть кто», так от одного перечисления всех ваших степеней и званий у меня дух захватило. Вам, наверное, скучно со мной, неученой дурочкой.
— Как жаль, вы мне помешали! — Он состроил огорченную мину. — Я только хотел сделать заявление, достойное мужчины каменного века. Рискну все же, а? — Он лукаво взглянул на нее. — Я хотел сказать, что, если у женщины внешность как у вас, мужчине безразлично, сколько лет она просидела на школьной скамье.
Ли смотрела на него смеющимися глазами. Дэниел улыбнулся в ответ, и она почувствовала себя счастливой. Но секунду спустя он посерьезнел и тихо промолвил:
— Ум, Ли, не единственное мое достоинство.
Она хорошо поняла, что он имеет в виду. Всем своим сердцем она хотела бы верить Дэниелу, но их разделяла укоренившаяся в ней за много лет осторожность.
— А ваша жена тоже была интеллектуалкой? — спросила она, лишь бы переменить тему разговора.
— Я никогда не был женат.
— Да-а-а?! А как же Фиби?
— Фиби моя дочь, хотя я не был женат на ее матери. Мы с Кэролайн учились в Оксфорде. Кэролайн забеременела, я предложил ей вступить в брак, но она отказалась. И в двадцать два года я стал неженатым отцом. Семейная жизнь никак не входила в ее планы. Я был интересен ей лишь как соучастник эксперимента по селекционному улучшению человеческой породы. Идея состояла в том, чтобы произвести на свет образцовое дитя.