— Я чувствую себя прекрасно, милая. Завтра я уже смогу сесть в седло, если Симпкин раздобудет нам лошадей. — Он помолчал и добавил: — Сегодня я еще не виделся с Адамом. Он внизу?
— Наверное, в конюшне, — уклончиво ответила Энн. — Или уехал вместе с Уотом искать лошадей. Филиппа в саду вместе с Мэри.
К счастью, Ричард остался доволен ее ответом. Энн не хотелось тревожить его — Ричард и без того слишком много вынес. Он с аппетитом съел принесенный завтрак. Ссадины на лице Ричарда стали фиолетово-желтыми. При виде их Энн охватывало страстное желание отомстить виновнику, Джону Хильярду. Подумать только, и этим человеком она когда-то восхищалась!
Скоро Ричард задремал, а Энн спустилась в гостиную к Филиппе.
— Бесс говорит, что Ричарду уже лучше. — Прелестные аквамариновые глаза Филиппы умоляюще смотрели на Энн.
— Да, лучше, но сейчас он уснул. Сам он считает, что вскоре оправится, но, по-моему, он еще слишком слаб.
Филиппа вздохнула.
— Не понимаю, зачем нужны такие жестокие пытки, но мой отец и его товарищи не видят в них ничего страшного и считают, что иногда без них не обойтись.
— В этом нет никакого смысла, — отрезала Энн. — Ведь ясно же, что под пытками любой человек наговорит что угодно, не думая о том, правда это или нет. Такими сведениями можно только ввести в заблуждение. К счастью, Ричарда мучили недолго, он не успел выдать никого из друзей, но его страдания были ужасны.
Тревожась за Ричарда, она не могла есть. К тому же ей не давали покоя мысли о загадочном исчезновении Адама Уэстлейка.
Вечером сэр Адам вернулся. Энн сразу увидела на его лице слепую ярость, смешанную с безграничной скорбью, и упрекнула себя за то, что почти не думала об участи узников Тауэра. Тревога за Ричарда вытеснила из ее головы мысли о графе и Уорбеке.
К вечеру Ричард оделся с помощью Уота, спустился вниз и устроился в гостиной. Симпкину удалось раздобыть для него дорожную одежду и смену белья. Только тогда Джош вспомнил, что успел забрать из тайника в Тауэре одежду Ричарда и привезти ее в Блэкхит.
Увидев Адама, Ричард хрипло произнес:
— У вас все написано на лице. Значит, все-таки случилось самое худшее? Обвинили их обоих?
— Да, об этом я узнал еще вчера. Сегодня принца повесили в Тайберне, вместе с Этуотером. Графа скоро обезглавят.
Ричард смертельно побледнел.
— И вы… ездили смотреть казнь?
— Да, я должен был это увидеть. Таков мой последний долг. — Сэр Адам взглянул на Ричарда в упор. — Не думай об этом, Ричард. Все уже кончено. Мы ничем не смогли бы им помочь. Герцогиня все поймет и не станет винить нас. Ради узников ты рисковал жизнью. Сегодня утром ты спал так крепко, что я не решился будить тебя.