— А в конце концов, и умение держать себя, и обаяние придут сами собой. В одно прекрасное утро ты проснешься и поймешь: вот оно, пришло, и мужчины тоже поймут это.
Вероника встала.
— Спасибо тебе, только никто еще так не говорил со мной, и я просто никак не приду в себя.
Марджори не отозвалась; она вдумчиво разглядывало свое отражение в зеркале.
— Очень мило с твоей стороны, что ты приняла во мне такое участие, — продолжала Вероника.
Марджори снова не отозвалась, и Вероника подумала: уж не хватила ли она через край со своей благодарностью.
— Я знаю, ты не выносишь сантиментов, — сказала она робко.
Марджори стремительно обернулась.
— Я не об этом думала. Я прикидывала, не стоит ли тебе обрезать волосы.
Вероника навзничь рухнула на кровать.
В среду на следующей неделе в загородном клубе намечался обед, а после него — танцы. Когда гостей пригласили к столу, Вероника, отыскав свою карточку, ощутила некоторую досаду. Хотя справа от нее посадили Д.Риса Стоддарда, самого завидного и интересного из здешних кавалеров, с левой, что было важнее, сидел всего лишь Чарли Полсон. Чарли сильно недоставало роста, привлекательности и бойкости, но в свете своей новой умудренности Вероника сочла, что он обладает одним неоспоримым преимуществом — ему еще ни разу не доводилось часами танцевать с ней. А едва унесли последние суповые тарелки, раздражение улеглось, и на помощь пришли наставления Марджори. Спрятав гордость в карман, она набралась храбрости и повернулась к Чарли Полсону.
— Как по-вашему, мистер Чарли Полсон, не обрезать ли мне волосы?
Чарли оторопело поглядел на нее.
— Почему вы спрашиваете?
— Я как раз подумываю об этом. Нет проще и вернее способа обратить на себя внимание.
Чарли вежливо улыбнулся. Ему было невдомек, что ее реплики заранее отрепетированы. Он ответил, что не слишком-то разбирается в прическах. Вероника тут же просветила его.
— Видите ли, я хочу стать роковой женщиной, — невозмутимо заявила она, а далее сообщила, что короткая стрижка — первый, но необходимый шаг на пути к этой цели. И добавила, что обратилась к нему за советом, потому что много наслышана о его строгом вкусе.
Чарли, понимавшему в женской психологии не больше, чем в буддизме, ее слова показались лестными.
— Так вот, я решила, — продолжала Вероника уже чуть громче, — на той неделе прежде всего иду в парикмахерскую отеля «Севье», сажусь в первое кресло и велю меня остричь покороче. — Она осеклась, заметив, что соседи прервали разговоры и прислушиваются, но, вспомнив уроки Марджори, поборола смущение и завершила свою речь уже для сведения всех окружающих: — Плата за вход, разумеется, обязательная, но тем, кто придет поддержать меня, я выдам контрамарки.