Я замолчала, намеренно не рассказывая о том, что узнала ещё и свою историю рождения, а потом продолжила.
— Дело в том, что Лоан не твой отец, ну…в биологическом смысле, — снова запнувшись и чувствуя всем существом, как Дэн задержал дыхание, я продолжила, — Сейчас нет времени на то, чтобы пересказывать тебе всю историю твоего рождения, скажу только, что на самом деле твой отец вампир. И в тебе с самого рождения текла кровь вампира.
Стан молчал, да я, наверное, знала, что мои слова для него не новость. Всё его поведение до этого говорило о том, что он знал эту правду, ну или, по крайней мере, подозревал о ней.
— Это всё? — раздался его приглушённый голос, — Ты говорила, что это как-то связано с Флорином. Что там ещё за новости?
Я сделала глубокий вдох, и Дэн повернул лицо ко мне, всматриваясь в мои глаза. Как же мне было страшно в эту самую секунду. Я уже почти потеряла его вчера вечером, больше такого я просто не переживу…Это немыслимо…
— Твоим отцом был Николай Йонеску, он занимал пост начальника Воинов до меня.
— И? — вздёрнул бровь вверх Стан, не понимая, о чём я пытаюсь ему сказать.
— Николай Йонеску — отец Флорина, — выдохнула я, прикусывая нижнюю губу.
Даниэль кивнул, прикрывая глаза и тоже делая тяжёлый вдох, а потом резко поднялся, ставя меня на пол и отходя к окну. Он с силой растёр затылок, словно пытался прийти в себя, и не знал, что ему ещё сделать для этого, а потом медленно повернулся ко мне.
— Значит, Флорин мой брат, — прошептал он, будто желая, чтобы я опровергла эту информацию, но мне оставалось только кивнуть, соглашаясь. — Чёрт побери, всегда мечтал иметь старшего брата, а теперь…
Он усмехнулся, потому что ситуация и впрямь была жутковатой и в то же время настолько иронично-злой…
— А теперь я вынужден буду убить его, чтобы он не убил меня.
— Дэн, не повторяй мне это, это ужасно! — воскликнула я, подходя к нему, чтобы снова найти успокоение в ставших такими родными объятиях.
Если бы я была человеком, наверное, сердце моё разрывалось бы от этого жутчайшего осознания. Когда мне было лет десять, и моё сердце ещё билось, я видела своими глазами казнь, которую устроил мой отец одному из провинившихся вампиров. Это было отвратительное, страшное зрелище, я присутствовала при этой казни только потому, что извечное детское любопытство подстегнуло меня к тому, чтобы спрятаться неподалёку и подсмотреть.
И я до сих пор помню, как моё сердце заколотилось, как сумасшедшее, а в груди вдруг не стало хватать воздуха. Изо рта рвались беззвучные рыдания, а воздуха не было — я просто не могла сделать вдох.