— Память тебе, старина, никогда не изменяет. И это делает тебя практически неуязвимым в любых ситуациях.
— Неплохо сказано... Нет, все-таки неплохо — это, как говорят, можно думать туда-сюда. И не одно, и не другое. А вот хорошо — звучит более определенно. И гораздо правильнее по смыслу.
Турецкий засмеялся —лингвистические изыски Реддвея его всегда забавляли.
— Ну что ж, тогда я советую тебе плотно поесть, потому что мы с тобой сразу отправимся для начала — так? — в Висбаден. Это недалеко, ты там был.
— Естественно, там же штаб-квартира Евроюста.
— Но нам с тобой, Алекс, он сейчас не нужен. Тебе будет нужен приличный парень Генрих Крафт. Он, по моим понятиям, занимается русской мафией.
— Господи, Питер, ну сколько же тебе можно повторять? Существует не русская мафия, просто мы так часто говорим, не отдавая себе отчета, а российский преступный мир! Организованная преступность, будь она проклята! Вот, между прочим, — Турецкий даже пальцем погрозил Реддвею, — когда у тебя наглым образом сперли твой хваленый джип... извини, что я невольно прикасаюсь к твоей ране... бывшей, ага. Ты тогда тоже сильно грешил именно на русских бандитов, так? Та-ак! А что мы обнаружили? Напомнить? Что твою машинку увели прямо у тебя из-под носа, и кто? Все, до единого, были выходцами из Азербайджана! Так при чем здесь русские?
— Это верно, — серьезно подтвердил Питер. — Ты абсолютно прав, а моя... неверная разборчивость — да? — может обидеть. Я приношу извинение русским э-э... бандитам. Но нашего дела это не меняет.
— Само собой, старина, — улыбнулся Турецкий. — Ты говоришь, этот Крафт —приличный парень? Он кто по должности?
— Представитель Федерального криминального ведомства. Я с ним знаком. Моей рекомендации тебе будет вполне достаточно.
— Я понимаю, вполне, Пит. Но дело в том, что конкретно меня, как представителя нашей Генеральной прокуратуры, пригласил для расследования различных версий этих убийств сам шеф криминального ведомства Гюнтер Траутфеттер, ты, конечно, слышал и о нем?
Реддвей кивнул.
— Так вот что я подумал. Твой Крафт наверняка отличный парень, но правильно ли будет, если я посещу его раньше, чем его шефа? Как ты думаешь? Здесь ведь есть... — И Турецкий изобразил ладонями свою неуверенность. — Все-таки существует определенная субординация...
Реддвей задумался. Даже жевать прекратил.
— Я знаю, — сказал наконец, — мы этому твоему Гюнтеру ничего не скажем. А с Генрихом ты познакомишься случайно, как с моим приятелем. У меня ведь могут быть приятели в германском криминальном ведомстве, как ты полагаешь?