Делайла изобретала какие-то объяснения отсутствия Ника. Он не показался в больнице и после полудня, когда Эми выписывали. Когда выяснилось, что он не оставил ни записки, ни послания на автоответчике, Делайла позвонила в отель «Кендрик», но узнала только то, что Ник утром освободил номер. Несмотря на свою записку, в которой говорилось, что он хочет поговорить об Эми, он не появился в желтом домике на Фоллз-Ривер-роуд. Нервы Делайлы были на пределе.
Она рухнула в свое любимое кресло, стоявшее в гостиной, и закрыла глаза. Совсем недавно она носилась вниз и вверх по лестнице, когда у Эми начиналась ветрянка. Делайла вспомнила, как быстро она привыкла к успокаивающему присутствию Ника, к тому, как они делили с ним родительские обязанности.
— Мама! Иди сюда. Ты мне нужна.
За последние несколько минут Эми звала ее уже трижды. Делайла поднялась к девочке и остановилась в дверях, прислонившись к дверному косяку.
— У тебя в постели все мягкие игрушки. У тебя есть цветные карандаши и бумага. У тебя есть апельсиновый сок и печенье. — Она старалась говорить веселым тоном, но голос выдавал ее напряжение. — Чего еще ты хочешь?
Делайла поняла, что совершила ошибку, увидев, что глаза Эми наполнились слезами.
— Дорогая, я уверена, что Ник скоро приедет к тебе.
Эми кивнула сквозь слезы, но, похоже, слова Делайлы ее не убедили.
— Мне нужны куклы, те, что Ник подарил мне на день рождения.
Делайла взяла маму, Эми и младенца, сидевших на стульях в столовой кукольного домика. Она положила их на кровать рядом с Эми.
— А где же кукла-папа? — Подбородок Эми задрожал, а на глаза опять навернулись слезы. — Вчера я брала ее в парк. Я хочу, чтобы Ник принес мне мою куклу.
Делайла обняла Эми и успокоила ее. По печальному взгляду девочки она поняла, что ее объятия не были равноценной заменой Нику.
— Я сейчас позвоню бабушке, она посидит с тобой. А я пойду в парк и найду куклу.
На пустой площадке царила тревожная тишина. Солнце то показывалось, то скрывалось за облаками. Дул сильный холодный ветер.
Ник подумал, что не может быть ничего более холодного, чем пустота в его сердце. Он опустился на бордюр и в который раз рассматривал следы, оставленные машиной Бринны. Он почти слышал визг тормозов в то мгновение, когда из-за угла вылетела спортивная машина. Каждый раз, закрывая глаза, он видел, как машина ударяет Эми, подкидывает девочку в воздух и бросает ее вниз, как тряпичную куклу.
Он никогда не сможет этого забыть.
У него заболело сердце при мысли о том, что он потерял из-за этого проклятого анализа крови! Как Делайла сможет простить его за то, что случилось с Эми, если он не может простить сам себя?