– Но… – заикнулся было Фадж.
– Нет! – загремел Хагрид. Ярко-голубой взгляд Дамблдора скрестился с ледяным серым Малфоя.
– Однако, заметьте себе, – Дамблдор заговорил медленно, отчётливо, чтобы никто не пропустил ни слова, – я не уйду из школы, пока в школе останется хоть один человек, который будет мне доверять. И ещё запомните: здесь, в Хогвартсе, тот, кто просил помощи, всегда её получал.
Гарри мог бы поклясться, что при этих словах пронзительный взгляд Дамблдора на мгновение метнулся в тот угол, где прятались они с Роном.
– Мысли, достойные восхищения. – Малфой отвесил поклон. – Всем будет очень не хватать ваших… э-э-э… как бы поточнее выразиться… весьма своеобразных взглядов на обязанности руководителя. Нам остаётся лишь уповать, что ваш преемник сумеет навести порядок, и полукровок… э-э… «укокошивать» не будут.
Он подошёл к двери хижины, открыл и с повторным издевательским поклоном проводил Дамблдора на улицу. Фадж всё вертел котелок, ожидая Хагрида, но лесничий не торопился и, сделав глубокий вдох, произнёс, тщательно подбирая слова:
– А тот, кто что-то ищет, пусть, значит, за пауками идёт, за пауками, говорю. Они-то уж выведут куда надо. Я всё сказал.
Фадж изумлённо уставился на него.
– Я уже, да, иду, – успокоил его Хагрид, залезая в своё кротовое пальто. Выходя вслед за Фаджем, он помешкал в дверях и громко добавил: – И насчёт еды… кому-то надо будет кормить Клыка. Пока… это… ну, то есть пока я не вернусь.
Дверь с грохотом захлопнулась, и Рон сбросил мантию-невидимку.
– Да-а, нам крышка, – упавшим голосом сказал он, – без Дамблдора. Ожидай теперь по три нападения в день. Школу могут закрыть в любую минуту.
Подойдя к входной двери, Клык вдруг завыл и стал огромной лапой в неё скрестись.
На луга вокруг замка незаметно подкралось лето. Небо и озеро поголубели, споря яркостью красок с барвинками, а в оранжереях всё буйно и пышно зацвело. Но для Гарри пейзаж утратил одну живую подробность – окрестные луга не мерил больше огромными шагами лесничий Хагрид, не было и его всегдашнего спутника волкодава Клыка. Да и в замке дела шли хуже некуда.
Рон и Гарри пытались навестить Гермиону, но больничное крыло было закрыто для посещений.
– Простите, но мы полностью отгородились от внешнего мира. – Мадам Помфри разговаривала с ними через узкую щёлку, чуть-чуть приоткрыв дверь. – Чтобы исключить повторное нападение на своих пациентов. Преступник может появиться в любую минуту…
С уходом Дамблдора страх поселился почти во всех сердцах; казалось, солнце, греющее стены замка снаружи, не проникает внутрь сквозь частые оконные переплёты. Во всей школе вряд ли встретишь хоть одно безмятежное лицо, а громкий смех, звучащий порой в коридорах, казался неуместным, искусственным и скоро смолкал.