Потом наступила тишина. Будь Тэннеру с кем поговорить, он бы не придумывал себе страхов. Не дай Бог, если Милейн и Эмбер накрыты многопудовой лавиной. Тогда пройдет несколько недель, прежде чем найдут их тела. Нет! Это невозможно! С ними все в порядке. Они просто ждут помощи. А если помощь запоздает и их не найдут до темноты? Тогда замерзшие, голодные, возможно, раненые…
Время против них.
Тэннер остановился, борясь с подступившей к горлу тошнотой. Нет! Нельзя так думать! Он с надеждой посмотрел на переговорное устройство. Смотри. Слушай. Иди. Молись. Только не думай, иначе сойдешь с ума.
У Тэннера разболелась нога, которую он подвернул, когда в спешке выскакивал из аэросаней. Еще у него саднило горло, потому что он все время кричал что было мочи. И еще у него раскалывалась голова. Но это было к лучшему, потому что от боли он не мог думать.
Что это? Голос? Не может быть! Бред сумасшедшего. И все же Тэннер остановился и прислушался. Ветер. Вокруг был только снег. Тэннер пошел было дальше, но опять услышал голос.
Девочка в красно-белом спортивном костюме выползала из-под снега и, прежде чем Тэннер успел сообразить что-то, выкарабкалась совсем и поползла на четвереньках. Как Тэннер ни хотел бежать к ней, он не мог двинуться с места. От страшной слабости у него подогнулись колени. Прошло уже четыре часа после землетрясения. Представить только, что пережила эта малышка! Проклятие! Он узнал девочку и бросился к ней.
— Эмбер! Это я, Тэннер.
Она повернула голову и слабо улыбнулась. Все лицо у нее было в слезах.
— Тэннер? Правда?
— Правда. Ты прекрасно выглядишь. Ты сама-то представляешь, как здорово ты выглядишь?
— Я не могу идти. Вот встаю и все время проваливаюсь. Я очень устала.
— Знаю.
В мгновение ока Тэннер оказался рядом и подхватил ее на руки. Было небезопасно стоять с такой ношей на непрочном снегу, но он жаждал неопровержимого доказательства, что малышка, вдруг ставшая ему дорогой, цела и невредима.
— Тэннер! Ты меня обнимаешь очень сильно.
— Прости. — Неохотно он опустил ее на тщательно выбранное место, чтобы она опять не провалилась. Сам встал перед ней на колени и принялся согревать замерзшие пальчики. — Люди всегда так делают, когда рады видеть друг друга.
— Знаю. Милейн и я тоже обнимаемся. Тэннер! Что случилось?
Тэннер моргнул. Ему жгло глаза, и он моргнул еще раз.
— О чем ты?
— Ты плачешь. Почему ты плачешь?
Она была права. Тэннер попытался улыбнуться, но у него ничего не получилось. Он был переполнен радостью, что гора пощадила маленькую девочку, и не скрывал от нее слез, не боясь предстать перед ней обыкновенным человеком вместо всемогущего смотрителя горы.