"И потом — эта мысль окончательно укрепляет меня в моем решении — мы ведь с Егором хотели когда-то венчаться в этом храме… " — у меня не хватает слов, чтобы ее закончить, но сердце мое понимает, что я имею в виду, и бьется радостно, оно сейчас рвется в храм, мое несчастное сердце.
Так могу ли я отказать ему в этой последней малости?…
Он высаживает меня прямо у храмовой ограды и, категорически отказывается от предложенных денег — Спасибо — только и говорю я ему на прощанье — Не на чем — весело отвечает он мне, и вдруг резко посерьезнев, от чего сразу кажется старше, добавляет — Держитесь. Нет в жизни безвыходных ситуаций, я точно знаю.
— Кроме смерти — не удержавшись, отвечаю я, и глаза его становятся совсем серьезными, мне кажется даже: после моих слов, в них всплеснулась какая-то давняя боль.
— А это — к нему — он кивает головой в сторону распахнутых ворот храма.
— Только к нему. И никак иначе.
Машина, легко сорвавшись с места, уносится в сияющий огнями широкий коридор Комсомольского проспекта, а я спешу к храму.
Слава Богу, окна его еще светятся мягким светом сотен мерцающих свечей, значит, служба еще не окончена.
Под сводами храма многолюдно.
Возможно, что сегодня какой-то церковный праздник, а быть может теперь здесь всегда так.
Большое скопление людей всегда действует на меня угнетающе. Не любила я прежде и многолюдных молений, всегда стараясь выбрать такое время для молитвы, когда в церкви поменьше народу.
Но сегодня толпа молящихся действует на меня удивительно благотворно.
Я словно растворяюсь в плотной массе людей, возносящих к Господу каждый свои просьбы, и становлюсь незаметной со своими черными греховными помыслами и намерениями.
Меня никто не замечает, и скоро я тоже перестаю замечать людей вокруг себя.
Какое-то необыкновенное доселе неведомое мне чувство охватывает меня.
Кажется мне, словно растворяюсь я в каком-то пространстве, пронизанном теплом и неярким золотистым свечением. И вроде бы нет в этом пространстве никого: ни людей, ни предметов, ни суровых ликов на древних иконах, ни трепещущих огоньков лампад и свечей; и меня самой, в привычном мне физическом обличии тоже нет, но тем не менее все воспринимаю я, все ощущаю, и не чувствую себя одинокой, потому что знаю точно, что все окружающее меня пространство населяют десятки подобных мне.
И всех нас вместе одинаково согревает это дивное золотое свечение.
И всем нам вместе удивительно хорошо.
И никто не мешает никому, а, напротив, объединяет всех удивительная стройная гармония.
Странное чувство это совсем непохоже на иные странные состояния, к которым уже привыкла я за последние дни.