И Марта действительно забыла о выборах.
— Как поживает Альфред? — сладко спросила она, когда дочь ставила пирог в духовку.
Решетка чуть не выскользнула у Кейт из рук.
— У него все в порядке, — ровно ответила она. — Очень много работы.
— А ты уже не боишься выступать перед публикой? — хихикнула Марта. — Я смотрю все ваши шоу, и ты выглядишь очень испуганной.
Кейт усмехнулась. Мама может не беспокоиться. Сейчас у нее есть более веские причины для страха. Все прежние — просто детский лепет.
— Я вот что думаю, Кейт…
Марта в нерешительность посмотрела на дочь. Стоит говорить с ней об этом или нет? Кейт какая-то странная сегодня, совсем не похожа на себя. Но разве как мать она не имеет права обсудить с ней действительно важную тему? Кто-то же должен предостеречь девочку, направить ее на путь истинный…
— Да, мама?
— Как долго ты думаешь тянуть с ребенком? Вы уже три года женаты, о карьере ты не думаешь, средств вам, слава Богу, хватает… Пора бы и внука мне подарить.
Кейт вдруг почувствовала себя узником, приговоренным к пожизненному заключению, за которым захлопнулась дверь его камеры. Ребенок от Альфреда. Он навсегда свяжет их друг с другом, и для нее уже не будет спасения.
— У Альфреда есть сын, — через силу произнесла Кейт. — Думаю, ему этого достаточно.
— Деточка, о чем ты говоришь! — Марта всплеснула руками. — Неужели ты думаешь, что он откажется иметь ребенка от тебя? Еще одного мальчика или славненькую девочку… Альфред сейчас как раз в том возрасте, когда мужчине особенно хочется иметь дочку…
Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, считала про себя Кейт, стараясь не слушать мать, но ее слова все равно пробивались сквозь заслон и роем назойливых мух жужжали у нее в ушах. Ребенок, счастье, Альфред, семья… Ничего этого больше не существует для нее. Она отказалась от прошлой жизни вчера вечером, когда привела в свою комнату Дэнниса Харрингтона.
— Так что как только Альфреда переизберут, сразу поговори с ним об этом, — закончила свою речь Марта.
Она была чрезвычайно довольна, что смогла высказать дочери свое мнение. Для своих лет Кейт невероятно наивна и абсолютно не понимает, что мужчине нужно для счастья.
— Хорошо, мама. Я обязательно это сделаю, — сказала Кейт точно таким же тоном, каким в десять лет обещала матери прилично вести себя в гостях.
— Вот и славно, — просияла Марта.
Она явно собиралась добавить что-то еще, но Кейт подошла к маленькому телевизору и включила его. Лучше уж любая мыльная опера, чем рассуждения о ее семейном счастье с Альфредом Шелли. Но в тот день все, видимо, задались целью напоминать ей об Альфреде и Дэннисе. Шел выпуск одиннадцатичасовых новостей по местному каналу, и как раз в тот момент, когда Кейт щелкнула кнопкой, на экране появился сюжет о посещении Дэннисом Харрингтоном карсонского госпиталя.