Пол, стягивавший с себя сапоги, вдруг замер.
— Что значит ушла?
— Ушла, и все. Она не сказала куда. Думаю, к своему возлюбленному. Это так ужасно, теперь не с кем даже перемолвиться словом. Мне кажется, я ее больше никогда не увижу.
— Ушла? — повторил Пол. — Это даже очень интересно в свете выдвинутых против нее обвинений Джона Бродли.
— Все же говорят, что Бродли расправился с Вилли, — встала Мэри на защиту подруги.
— Не уверен, что это его рук дело, иначе, подумай, зачем ему нужно было гоняться за Нэнси? Мне сдается, она каким-то образом узнала об их замысле, и им пришлось взять ее с собой, может быть, даже в качестве заложницы. Нэнси прекрасно понимала, что ее убьют сразу же после взятия кассы. Возможно, ей как-то удалось вырваться от них и спрятаться в тени деревьев. Она дождалась того момента, когда в руках бандитов оказались ящики с деньгами, и выстрелила. Бродли повезло больше, чем Вилли…
— Но это… это же безумие!
— А что остается делать человеку в такой ситуации, Мэри? Ждать, пока его самого пристрелят? Я уверен, все так и происходило. Но тогда твоя приятельница — убийца, но не в этом ее преступление, а в сокрытии денег, принадлежащих старателям.
— Пол, если бы ты жил так, как эта девушка, рискуя каждую минуту, неужели бы у тебя хватило сил вернуть их? Счастливого пути, Нэнси! Ведь она ушла к своему любимому. У нее даже есть стихи, посвященные ему. Я читала одно — в нем столько любви, нежности. — Мэри откинулась на спинку кровати и, закрыв глаза, наизусть повторила строчки однажды прочитанного ею стихотворения.
В комнате стало тихо. Пол, потерявший дар речи, вытаращил на нее глаза. Руки его дрожали. Он смотрел на нее, словно увидел призрака. Наконец он хрипло произнес:
— Это… написала Нэнси?
Тогда ей стало все ясно.
— Ты что, уже слышал его? Да?
— Я его видел. — Его голос стал безликим. — Среди бумаг моего деда. — Он нервно провел рукой по волосам.
— Значит, твой прапрапрадед был знаком с Нэнси?
— Боже мой! — воскликнул Пол. — Нэнси! Ведь мою прапрапрабабушку звали Стефани Конэнси. Мне говорили, что это стихотворение она посвятила своему мужу.
Пол сидел, обхватив голову руками.
— Про-сти-тут-ка.
Мэри задумалась: может, совсем не случайно они подружились в 1891 году именно с Нэнси, а не с кем иным? Она обняла Пола за шею.
— Наверное, это судьба, что вы пришли на помощь друг другу. А потом не забудь, Нэнси тогда подарила мне бабочку, которой очень дорожила. Если бы она оставила ее у себя, мы не смогли бы вернуться сюда. Во всем есть какая-то предначертанность…
— Дело не в этом, — перебил ее Пол. — В театре я, не задумываясь, спас ей жизнь. А если бы этого не случилось? Осталась бы она жива или?.. Но ей все-таки как-то удалось остаться в живых, забрать награбленные деньги и, возможно, выйти замуж за Шона Мак-Гроуна. Слушай, а не на те ли деньги куплено наше ранчо?