— А если серьезно? Что ты будешь делать, когда уедешь отсюда? Куда отправишься?
— Я же сказала: к Роджеру…
— Я имею в виду, что ты вообще собираешься делать? Где будешь жить, чем заниматься? Я перед тобой весь как на ладони, ты знаешь обо мне все, а я о тебе до сих пор почти ничего не знаю, кроме того, что ты кузина Роджера. Где ты живешь сейчас?
— В Бостоне.
— Прямо в центре?
— В самом центре.
— И там же работаешь?
Кристина кивнула, чувствуя, что сердце у нее лихорадочно забилось. Сейчас у нее есть идеальная возможность во всем признаться и расставить все точки над «i».
— Ты никогда не задумывалась о том, чтобы уехать из города? — продолжал спрашивать Джастин.
Кристина кивнула, обвив его шею руками.
«Скажи ему все!» Но как можно сделать это, если тело охватывает знакомая дрожь желания, а Джастин интересуется ее соображениями о будущем, как робкий юнец у своей возлюбленной.
Ей не хотелось говорить с ним сейчас ни о чем серьезном, тем более о своей биографии.
— Тебе нравятся здешние места? — спросил Джастин.
— Очень! Я от них без ума.
И это единственная фраза, сказанная его.
Она прижалась губами к его губам, дразня и волнуя его кончиком языка. В камине обрушились прогоревшие дрова, и пламя на несколько мгновений запело в дымоходе. Джастин сам, охваченный пламенем, сбросил с нее халат, медленно, поцелуй за поцелуем опускаясь к шее, к ложбинке между грудями, ниже. У Кристины как всегда перехватило дыхание, голова закружилась.
И она так ничего ему и не сказала…
Ни в этот раз, ни позже. Не сказала даже тогда, когда они стояли в кухне: она ела прямо из открытой банки маслины, а он, крепко сжав ее в объятиях, нежно и страстно пробежался рукой по ее волосам со словами:
— Мне действительно кажется, что я люблю тебя, Кристина. Мне нравится быть с тобой, верить тебе. Я в жизни не встречал такой очаровательной и милой женщины. Все остальные, так или иначе, думают только о себе, а ты совсем не похожа на других.
Не верь мне так слепо, хотелось предупредить его, но она лишь прижалась лицом к груди Джастина, слова откровенности родились, но тут же и умерли, так и не слетев с губ.
— Я был уверен, что тебя нет на самом деле, — говорил Джастин, — а есть лишь бессовестная коллекционерка пикантных фактов, прокравшаяся в дом за репортажем, который бы прославил ее. И я боялся, что ты с такой легкостью отдалась мне только ради одной этой цели.
Кристина почувствовала, что вот-вот ее нервы не выдержат. Она должна все сказать! И скажет… как только появится удачный момент. У камина. После ужина.
Но потом они стали смотреть сводку погоды по переносному телевизору. А следом — еще один старый добрый фильм, и Кристина уснула у Джастина на плече, так ничего и не сказав.