– Что, опять под водичку потянуло? Ох, доныряешься когда-нить до откушенной башки, – поприветствовала Ринва вынырнувшего неосмотрительно близко от нее моррона. – На-ка, лучше делом полезным займись! Только голой рукой за нить не хватайся. Еще, чего доброго, порежешься, кровь в воду попадет, и все труды насмарку. Рыбешка её учует и…
– Да понял я, понял! – перебил разъяснение явного Аламез, принимая из рук девушки не только бечеву, но и кусок плотной материи, аккуратно сложенный, как полотенце.
Конечно, для такой работы более пригодились бы рукавицы, но почему-то разведчики не удосужились их захватить. Позабыв о взаимной неприязни, троица дружно взялась за бечеву и начала плавно тащить оставленный возле берега груз, пока что легко волоча его по дну. Но вскоре наступил самый тяжелый и ответственный момент. Веревка вначале ослабла, а затем резко натянулась и стала вырываться из трех пар одновременно напрягшихся рук. Впрочем, это продлилось недолго. Идущие ко дну мешки вели себя намного послушней пытавшейся сорваться с крючка рыбы. Веревку не водило по воде из стороны в сторону, не дергало и не перекручивало. Самое трудное на этом этапе осталось позади. Единственное, чего еще поспешно перетаскивающие груз на отмель путники опасались, так это того, что какая-нибудь крупная, обитавшая на глубине тварь примет движущиеся мешки за рыбу и заглотит их, как наживку. В этом случае с пожитками пришлось бы расстаться. Всего втроем груз было не удержать, да и бечева не выдержала бы трения об острые кромки хищных зубов. Но, к счастью, смельчакам сопутствовала удача. Не прошло и двух-трех минут упорных трудов, как поклажа благополучно достигла отмели, а Крамберг тут же принялся наматывать веревку вокруг отставленного вбок большого пальца да локтя.
Пока разведчик был занят этой неблагодарной работой, которую ему еще предстояло проделать не раз, а Ринва догоняла немного отдрейфовавший в сторону плотик, Дарку выпала пара свободных минут, чтобы осмотреться вокруг. Увиденное его весьма расстроило, практически подорвало походно-боевой дух и ввергло в пучину гнетущих пораженческих настроений. Только что покинутого берега в кромешной тьме подземелья уже не было видно, а противоположный пока еще не появился в поле зрения. Но самое страшное, у них даже не было ориентира, куда плыть. Повсюду лишь простиралась вода, да сгущалась над ней темнота. При таких явно не благоприятствующих обстоятельствах было легко заплутать. Проплавать целый день от отмели к отмели, таща за собой груз, а в результате оказаться в исходной точке маршрута.