- Помните, у вас всего минута, чтобы выехать, - предупреждали нас остававшиеся, -
сделайте это как можно быстрее. За это время мало кто пролезет в ворота, а кто пролезет, с теми мы управиться сумеем. Но если задержитесь…
Продолжать не имело смысла.
- Они открывают! – сообщил нам водитель.
И сразу же вдавил газ с места. Движок протестующее загудел, машина заскрипела покрышками по полу гаража, но выехала. Всего немного занесло влево.
Практически сразу же что-то ударилось о правый борт, чуть ли не у меня за спиной.
Кто-то внутри восторженно кричал, чуть ли не по-детски радуясь автогонкам, а у меня все замерло при мысли о том, что же будет, если вот сейчас мы врежемся в соседнюю машину и встанем мертвым грузом прямо в проходе.
Обошлось, водитель оказался опытным и машина, несмотря на все возможные и невозможные последствия, выровнялась и поехала прямо. Сзади с облегченным звуком хлопнули ворота, вновь отрезая здание пожарки от остального города. Мы дружно орали, восхваляя водителя и его умение держать машину под контролем. По рации так же радостно орала вторая машина, пристраиваясь у нас в хвосте, а со станции передавали, что все в порядке и что даже хорошо, что машину немного занесло. Сбили самых близких мертвяков, и ни один просто не успел пролезть Счастливого пути, удачи и всего прочего, чего только можно.
Вот только когда выехали в город, веселья поубавилось. Окон в корпусе не было, то через нехитрую вентиляцию внутрь ползли запахи гари, дыма и той вони, которая шла от мертвяков. Не разложение, а что-то другое, тот характерный запах, который я раньше даже не заметил, но явно чувствовал сейчас. Даже не знаю, как его описать, все равно, что слепому с рождения рассказать, что такое красный цвет, Надо просто понюхать, учуять его.
Незаметно забиваясь в ноздри, он не оставляет равнодушным никого.
Хочется бросить все и бежать к черту на рога, подальше от этой вони.
Только от нее уже начинают трястись коленки… Ты уже боишься, еще даже не увидев зомби. Почему я его раньше не замечал… Наверное, потому, что раньше я никогда с ними не сталкивался в таких количествах. Водитель, до этого, весело про что-то болтавший, притих, наверное, картина на улице его пугала еще больше.
И не было тишины. Стоны и хрипы мертвяков шли, казалось, отовсюду.
Словно уже весь город заражен, остались только мы, наивные дурачки, на что-то еще надеющиеся.
К ним примешивались гудки машин, чьи-то крики и весь тот шум, что неизбежно возникает при панике. Люди еще были на дороге, причем в немалом количестве, но все останавливала пробка, неизбежно возникшая в таком скоплении. В этот раз ехали явно не тем путем, каким на станцию привезли нас, но и тут все равно была пробка.