— Значит, ты считаешь, что письмо Планка полно сомнений и недовольства? — помахал листком бумаги Октавиан.
— Да, я так считаю.
— Я тоже, — усмехнулся Октавиан. — Планк сейчас в затруднении: он предпочитает Антония, но хочет иметь возможность в случае необходимости переметнуться на нашу сторону.
— У тебя вокруг Брундизия столько легионов, что Антоний не сможет снова собрать своих людей, пока не прибудет Поллион, а мои шпионы говорят, что этого не произойдет по крайней мере еще один рыночный интервал.
— Нам как раз хватит времени дойти до Брундизия, Агриппа. Наши легионы размещены по ту сторону Минуциевой дороги?
— Размещены идеально. Если Поллион захочет избежать сражения, он пойдет к Беневенту и по Аппиевой дороге.
Октавиан положил перо в держатель, собрал бумаги — переписку с учреждениями и лицами, черновики законов и подробные карты Италии — в аккуратную стопку и поднялся.
— Тогда отправляемся в Брундизий, — сказал он. — Я надеюсь, Меценат и мой Нерва готовы? Как насчет этого нейтрала?
— Если бы ты не похоронил себя под грудой бумаг, Цезарь, ты знал бы, — сказал Агриппа тоном, каким только он мог говорить с Октавианом. — Они готовы уже несколько дней. И Меценат уговорил нейтрального Нерву поехать с нами.
— Отлично!
— Почему он так важен, Цезарь?
— Ну, после того как один брат выбрал Антония, а другой — меня, его нейтралитет стал единственным способом, чтобы фракция Кокцея Нервы могла продолжать существовать, если Антоний и я столкнемся. Нерва Антония умер в Сирии, и это лишило Антония сторонника. Образовалась вакансия, и Луцию Нерве пришлось попотеть в раздумьях, имеет ли он право занять ее. В конце концов он сказал «нет», хотя и меня не выбрал. — Октавиан ухмыльнулся. — Имея властную жену, он привязан к Риму, поэтому сохраняет нейтралитет.
— Все это я знаю, но напрашивается вопрос.
— Ты получишь ответ, если моя схема сработает.
Письмо Октавиана заставило Марка Антония вскочить с удобного афинского ложа.
Дорогой мой Антоний, с большим сожалением передаю тебе новость, только что полученную мной из Дальней Испании. Твой брат Луций умер в Кордубе, недолго пробыв губернатором. Судя по многим сообщениям, которые я читал, он просто умер на месте. Без продолжительной болезни, без боли. Врачи говорят, что смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг. Его кремировали в Кордубе, а прах был прислан мне вместе с документами, которые полностью удовлетворили меня во всех отношениях. Прах и бумаги будут у меня до твоего приезда. Пожалуйста, прими мои искренние соболезнования.
Письмо было запечатано кольцом бога Юлия со сфинксом.