Стоял конец июня, прошло уже десять недель с начала турне 1925 года, когда Мара вновь встретилась с Сен-Клером. Он стоял к ней спиной — красил одну из клеток, но Мара сразу его узнала. Ее охватили смешанные чувства. И хотя этот парень доставил ей столько неприятностей, она почему-то радостно улыбнулась. А потом, разозлившись на себя, подошла к нему и спросила:
— Что вы здесь делаете?
Он обернулся.
— Разве вы не видите? Крашу.
— Вы же прекрасно понимаете, о чем я спрашиваю. Я спрашиваю, за каким чертом вы вырядились в этот… костюм и делаете вид, будто вы цирковой рабочий?
— Да ведь я и есть цирковой рабочий. Я решил, что будет забавно повкалывать летом в цирке. — Он скорчил гримасу. — Правда, статус первомайца не слишком приятен. Однажды я провел целый день в поисках сортира — мне каждый говорил: поверни налево.
— Вам понадобился целый день, чтобы понять, что они дурят вам голову? — Мара с трудом сдерживала смех.
— Ну да. Но в целом мне здесь нравится: не надо слишком перегружать мозги.
— Надеюсь, это пойдет вам на пользу.
— О да! Недавно мои «коллеги» уговорили меня с ними выпить. Это оказалась такая гадость! Какое-то средство от тараканов, настоянное на красном перце. Я чуть было не сжег себе горло и всю ночь провел в уборной.
Мара не выдержала и расхохоталась.
— Так вы мне и не объяснили, зачем вам все это.
— По-моему, все и так ясно. Послушайте, мне ужасно стыдно за тот случай. Я действительно заслужил тогда хорошую взбучку. Но ведь что было — то прошло, не так ли? Почему бы нам не познакомиться заново? Мы могли бы сегодня вечером вместе пообедать. В Индианаполисе, знаете ли, прекрасные рестораны. Я могу взять машину…
— С какой стати я должна идти в ресторан с разнорабочим? — спросила Мара, покачав головой.
— Действительно, вы правы: с какой стати вам идти в ресторан с разнорабочим? Но вы можете отправиться туда с Джеймом Сен-Клером, который всерьез считает вас прекрасной полураспустившейся розой.
— Ах да, цветы, — пробормотала Мара. — Ведь это вы посылаете мне белые розы, да?
— Вы меня вычислили, — усмехнулся он.
— Эти розы стоят больше вашей зарплаты за месяц. Это значит, что вы меня пытаетесь купить?
— Это значит, что я пытаюсь за вами ухаживать. И это единственная причина, по которой я здесь. Но самое смешное, что мне здесь даже нравится. Особенно я люблю помогать Кэппи. Я в восторге от слонов, особенно от симпатяги Конни.
— Да?! Вам она тоже нравится? Не правда ли, чудесная? Она стала одним из моих первых друзей в цирке.
— Вот видите, в одном наши вкусы совпадают! Как знать, может, они совпадут и в остальном? Пойдете со мной обедать?