Генерал-фельдмаршал проводил исчезающие среди необъятных стволов гигантского леса спины шрехтов, затем перевел взгляд на булыжник, который послужил ему стулом во время разговора. Эх, если бы Ведуны пришли раньше!.. С досадой представил, как камень взлетает и уносится прочь. И ахнул про себя. Кусок песчаника действительно у всех на глазах поднялся в воздух, как некоторое время назад шрехт на бревне, а затем вдруг щелкнуло, и камень в мгновение ока исчез из виду. Только далекое облачко каменной пыли показало, что тот врезался в базальтовый массив скал, окружающий долину…
– Матерь Божья!.. – прошептал кто-то из кнехтов за его спиной, увидев чудо.
– Юнкера Витольда Баха ко мне! Срочно! – рявкнул Курт.
Когда тот, запыхавшись от быстрого бега, появился перед Вальдхаймом, тевтон улыбался:
– Теперь самолеты остроухих нам не страшны, юнкер! Отдайте приказ: всем, кто сейчас свободен, набрать любых камней и сложить их на дне окопов и траншей. А лучше – вымостить ими днища открытых сооружений. Империю ждет очень неприятный сюрприз!
Улыбка на лице Брата-командира была настолько жуткой, что Баху стало не по себе. Да и приказ нелепый… Но раз отдан, его следует исполнять не раздумывая. Впрочем, Вальдхайм уже завоевал у всех настолько непробиваемый авторитет, что, прикажи он броситься со скалы, юнкер выполнил бы распоряжение, не раздумывая и не колеблясь ни секунды…
Двое суток. Столько прошло до первого сигнала о приближении врага от высланных далеко за пределы долины дозоров. В наушниках тактического шлема Курта чуть треснуло, и взволнованный голос произнес:
– Это двенадцать-двадцать четыре. Наблюдаю передовые отряды остроухих. Как слышно?
Вальдхайм тронул тангенту передатчика и ответил:
– Слышу вас хорошо, двенадцать-двадцать четыре. Немедленно возвращайтесь к основным силам.
– Вас понял. Исполняю…
За время, подаренное врагами, неспешно приближающимися к городу, Вальдхайм и его отряд успели неплохо подготовиться. В долине вырос настоящий укрепрайон. Несколько линий окопов, противотанковые рвы с пропитанным зажигательной смесью дном. Густые минные поля в несколько слоев. Многочисленные противопехотные препятствия. Начиная от «путанки» и спиралей Бруно до волчьих ям с торчащими внизу острыми лезвиями, способными пронзить упавшего насквозь. Да и среди подошедших на помощь добровольцев также удалось навести какой-никакой порядок, назначив среди стихийно организовавшихся отрядов командиров из ветеранов, проведя несколько учений и даже преподав азы военной подготовки тем, кто закончил учебные заведения слишком давно.