Партизаны, в том числе и Катя, не знали, надежно ли сработало зелье доктора Морозова. Прежде чем всем подыматься на гребень рва, Антонов решил выслать вперед Шустрого с двумя разведчиками. Через несколько минут один из них подполз к краю рва и подал знак колонне двигаться за ним.
Когда поднялись наверх, до слуха партизан издалека, со стороны расположения административных строений аэродрома, донесся фыркающий рокот мотоциклов. Но это не остановило людей. Скорее наоборот — подстегнуло. С трудом различив в темноте силуэты выстроенных в ряд самолетов, они ринулись вперед. Действовали быстро и слаженно, каждый знал, что ему надлежит делать. Одновременно у нескольких самолетов сосредоточились небольшие группы партизан — по три, четыре, а где и по пять человек. Подрывники приступили к делу, быстрыми, четкими движениями прилаживали взрывчатку, закладывали в нее бикфордов шнур. Летчик, копошившийся у подбрюшины одного из самолетов, подбежал к Антонову и торопливо сказал:
— Я знаю этот тип самолетов… Могу выпустить бензин, поджечь… только всех надо немедленно увести подальше…
— Добре! Малость подожди… Хлопцы уже заканчивают, зажгут шпуры, дам команду отходить, тогда и действуй…
Мелькнули и поползли по земле огоньки — один, другой, третий… Бегом партизаны возвращались в ров, с волнением ожидали, когда начнутся взрывы, приготовились считать их, чтобы убедиться в том, что все заряды сработали, и вдруг ввысь взметнулось пламя… Это летчик выпустил бензин и поджег его. Самолет охватило пламя. Столб огня озарил всю окрестность ярким светом. И тотчас же послышался отдаленный дробный стук крупнокалиберного пулемета. Но тут взорвался бак с бензином, один за другим последовали взрывы заложенных партизанами зарядов.
Кубарем в ров скатился летчик и, не подымаясь, крикнул:
— Жмитесь, ребята, плотнее к земле! Рты пошире открывайте! Рты!..
Едва успели партизаны последовать совету летчика, как возникла и покатилась из края в край аэродрома волна мощных взрывов, в разных концах всплеснулись гигантские языки огня. Территория аэродрома стала подобна огромному, извергающему огонь, тучи пепла и потоки лавы кратеру вулкана.
Наконец на смену взрывам, от которых содрогалась земля под телами партизан, с аэродрома донесся скрежет корчащегося в огне металла, хлопки рвущихся боекомплектов патронов и малокалиберных снарядов.
Разведчики зашевелились, стали приподниматься и, все еще широко раскрывая рты, удивленно и радостно всматриваться друг в друга…
Гигантский костер, полыхавший на аэродроме, освещал близлежащую местность как днем. Невозможно было скрытно пересечь поле, отделявшее аэродром от леса. Но и оставаться во рву тоже было нельзя. С минуты на минуту к месту катастрофы могли прибыть воинские части и оцепить весь район. Оказаться в этой ловушке было бы равносильно гибели всей группы.