Вытормозились.
– Водитель, как салон?
– Целы. – Голос его с трудом различим на фоне «не дрова везешь».
– Юс, прикрывай.
Я сорвал шлем и бросился к Лерке. Возле нее уже появился Ингвар.
Но тут женщина-камикадзе вцепилась в левую руку.
– Заберите нас! Неужели вас только ребенок может пронять? Заберите, не оставляйте!
Отчаяние, гнев, страх, надежда смотрят из ее глаз. Пацан у нее хороший. Он, слава богу, не осознал, что на самом деле произошло. В пуговке наушника голос водителя спрашивает, открывать ли двери. Пассажиры, узнав причину остановки, одновременно готовы и «забрать бедняжку», и намылить ей шею. Вторых больше.
Я отбросил ее руку и молча подошел к Дэйзи. Она сидела, сняв шлем и опустив голову. Пепельные волосы закрывали лицо, Ингвар поддерживал ее за плечи.
– Ты как?
– Нормально, – голос ее звучал глухо. – Сейчас мушки перед глазами исчезнут и поедем.
Подбежали «террористки».
– Дайте нам уехать, пожалуйста! На вокзале не втиснуться в автобусы! Детей пожалейте, они же не виноваты!
Дэйзи подняла голову и убрала волосы с лица. Из ее рта текла тонкая струйка крови. Дамы заткнулись.
– Ребенка зачем на дорогу потащила, коза?
Женщина оторопела.
– Что?
– Я у тебя, коза ты гребаная, спрашиваю: ребенка зачем на дорогу потащила? Под колесами гибнуть? Невелика честь. Парни, помогите с байком.
Я помог Дэйзи встать и она, прихрамывая, выбралась на трассу, куда Ингвар выкатил «Харлей». Байк не пострадал.
«Мать-героиня» пришла в себя:
– Почему вы меня оскорбляете?!
Дэйзи молча вытащила пистолет. Пора вмешаться.
– Так, хорош.
Латыш аккуратно перехватил руку и вынул из нее оружие. Дэйзи не сопротивлялась.
– Водители, мы можем их взять?
– По одной с ребенком в каждый попробуем.
– Если их там придавят – мы не в претензии.
К Акмесджиту пришлось гнать. Еще не хватало, чтобы за нами охотились опоздавшие на поезд. За рейс Дэйзи разрядила пару обойм. Нервная у нас работка. Пусть лучше спустит пар, моря-то в степи нет, охладить пыл нечем.
Вокзали мейдан живо напомнил кадры из военной хроники. Площадь запружена людьми с чемоданами, рюкзаками и сумками. Военные в черной форме с оружием в руках охраняют здание вокзала. Очередь к кассам тонет в гуще народа, оккупировавшей «мавританский дворик».
Сложно поверить, что это происходит на самом деле.
Диктор объявил посадку на поезд до Новгорода через Харьков и Москву. К четвертому пути тут же двинулась толпа, заполнив переходы. Самые отчаянные бежали напрямик, прыгая на рельсы и форсируя перроны.
Показался медленно идущий блокщит, затем электровоз с вагонами. От гудков локомотива закладывало уши. Море людей волновалось на узкой платформе.