— Не понимаю, сяньшэн…
— Представь, что ты падаешь в реку. Вода покорно расступается перед тобой, поддается каждому твоему движению. Бей ее, колоти, кусай — ты не причинишь ей вреда. Но если ты будешь следовать своим собственным желаниям, а не подчиняться законам воды, ты утонешь…
— Благодарю вас, наставник, и простите, что перебил…
— Ничего, не стесняйся спрашивать про непонятное. Слова кончаются, а смысл бесконечен…
— Скажите, в чем суть цюань-шу?
— Древние излагали ее так: умей ходить, умей наступать, умей быть мягким и твердым, будь недвижим, как гора, неисчерпаем, как Небо и Земля, непостижим, как действие стихий, преисполнен всего, как кладезь мироздания, безбрежен, как четыре моря, просветлен, как сияние всех светил. Главная же заповедь гласит: перенять метод легко, превзойти метод трудно. Но превзойти метод — это прежде всего.
Ндела отвлекся от воспоминаний и поднял тяжелый взор на спокойно стоящего перед ним зятя.
— Так ты отказываешься добровольно дать себя умертвить?
— Отказываюсь! Хрупкие птичьи яйца в камни не заворачивают! Я сын могучего короля, который подвергся испытанию ядом и доказал, что я не колдун и никогда им не буду! Я не подвластен ничьим чарам и не могу делать плохо!
— Что мне до твоего бывшего отца! Сейчас ты — зулу и обязан повиноваться нашим законам. Мы тебя принудим силой!
Мбенгу, как в битве, раздул широкие ноздри и оскалил огромные белые клыки.
— Вы занюхали, как колдунов, лучших щитоносцев, только и способных со мной сражаться — и то лишь впятером против одного. Недоноски, оставшиеся в живых, которых ты считаешь защитниками племени, еще не выросли в настоящих мужчин и без меня никогда не вырастут. Кто помешает мне, о Ндела, сейчас прикончить тебя одним ударом копья, вспороть живот Тетиве и убежать? Я пробегу целый день без отдыха. Посплю ночь и снова буду бежать дотемна. Зулу меня никогда не догнать! Угрожать мне, Могучему Слону, съевшему на войне[85] сорок шесть неприятельских силачей, убившему на охоте трех львов и двух носорогов! Хватает у вас смелости, дети гиены и шакалихи! Забыли мудрость собственных предков: если ударить льва, самому будет больно! И решили уподобиться легкомысленной овце, погладившей по шее леопарда.
От страха у Нделы свело челюсти: безумный великан вполне способен сотворить обещанное. Мда, если ты растишь змею, то кусаться она научится на тебе.
— Чего же ты желаешь, о Могучий Слон?
— Открыть зулу глаза на причины гибели моих друзей!
— Почему до казни не сделал ты этого?
— Чтобы между сильными в племени и родичами казненных легла кровь!