Красные пианисты. Жёлтый круг (Бондаренко) - страница 107

«Значит, Ганс говорил правду! — мелькнуло у Риты. — Но он незаметный человек. Не был даже коммунистом. Он просто ненавидел Гитлера, как ненавижу его я. Таких здесь, в Швейцарии, тысячи, и, конечно, никто за ним не следит».

Наконец она нашла близкого человека, с которым может говорить обо всем! Почти обо всем. Что касается ее секретной работы с Альбертом, она о ней не скажет даже Петерсу. Это не ее тайна. Но когда-нибудь наступит время, и она сможет ему сказать. Но это «когда-нибудь» случится, наверное, не раньше, чем кончится война. Как удивится тогда Ганс, как обрадуется!..

От Лены не могло укрыться, что между высоким, чернявым, красивым внешне парикмахером и Ритой что-то есть. Она как-то напрямую спросила об этом девушку.

— Да, действительно, он мне нравится. Но я не собираюсь пока замуж. А все требования Альберта я выполняю строго-настрого!

* * *

Этот день Рита запомнила надолго. Во-первых, была чудесная погода. Они с Гансом славно покатались по Женевскому озеру. Потом высадились на маленькой пустынной пристани и побрели вдоль берега, держась за руки. Неожиданно за поворотом их глазам открылась живописная песчаная бухточка.

— Позагораем? — предложил Ганс.

— С удовольствием, — ответила Рита.

На ней оказался зеленый пляжный костюм.

— Ты уже успела немного загореть. С кем это и когда? — Петерс сделал нарочито строгое лицо.

— Я загораю у себя на балконе, дурачок…

Ганс снял рубашку. Обернулся — и на лице Риты увидел все, что ожидал: ужас, сострадание, нежность.

— Это тебя там? — едва слышно спросила она.

— Где же еще?

Петерс снял брюки, аккуратно сложил все.

— Купаться будешь?

— Нет, я полежу на солнце.

— Я быстро, — сказал Петерс и побежал, чтобы не входить, а с разбега броситься в воду.

Когда он вышел, тело его покрыли пупырышки. Рита подбежала к нему с полотенцем и принялась растирать. Коснулась шрамов — движения ее стали медленными и ласковыми.

Потом они расстелили плед и легли. Ганс перевернулся и подставил солнцу спину. Рита наклонилась над ним. Он почувствовал ее руки: они нежно гладили его рубцы. Ее руки были так же шелковисты, как и ее волосы, ласкавшие его спину. Петерс повернулся на бок и привлек к себе девушку.

— Как ты прекрасна, — сказал он и стал ее целовать. — Сними с себя все.

— А если кто увидит? — спросила Рита.

— Кто? Кто увидит? Разве что господь бог…

* * *

«28.2.43. Директору. Молния.

От Вертера.

Генштаб ожидает сейчас высшей точки советского наступления, а именно: большого наступления Красной Армии у Курска, в направлении Глухов — Конотоп, а также предполагает попытку прорыва советских армий из района Харькова силой не менее двух корпусов менаду Богодуховом и Конотопом.