Хана поднялся. Таким образом он давал понять, что встреча закончена.
— Оставайтесь на связи, — добавил он.
Это могло быть приглашением или способом выразить участие, но Андерсон достаточно долго прослужил на флоте, чтобы распознать приказ.
— Есть, сэр.
Планета Тессия
Ария Т’Лоак, выйдя из спальни на веранду, ощутила прохладу. Защитой здесь служила только крыша, подпираемая семью рифлеными колоннами. По одной на каждый из пологих холмов города. Три из них можно было увидеть с этой стороны дома. Их тщательно сглаженные склоны служили пристанищем для сотен роскошных домов, и утренний свет отражался от огромных окон, плавательных бассейнов и орудийных башен — отличительных признаков богатства.
Но за свою долгую жизнь Ария не раз убеждалась, что есть вещи, которые нельзя купить за деньги. И одна из них — душевное спокойствие. Потому что вид мертвого тела ее дочери преследовал ее повсюду, всегда мерцал в уголке ее разума, не отпуская ни на секунду.
Призрак утверждал, что в гибели Лизелль виновен Пол Грейсон. И это имело смысл, потому что они были любовниками, а Грейсон давно пристрастился к красному песку. Возможно, у них возникла какая-то ссора, Грейсон вышел из себя и перерезал горло Лизелль.
Но дело в том, что Ария сама была связана с преступным миром и обладала достаточным опытом в подобных делах. Многие утверждали, что она управляет Омегой, и они не ошибались. Это и еще тот факт, что она прожила не одну сотню лет, предполагало большую осведомленность Т’Лоак во всем, что было связано с убийствами. Что-то, чего она пока никак не могла уловить, ее беспокоило. «Но я выясню все, — пообещала она себе, — и скорее рано, чем поздно».
Однако придется подождать. Т’Лоак решила не кремировать Лизелль на Омеге, а привезти дочь домой, где, как говорили предания, ее дух соединится с теми, кто ушел раньше. Т’Лоак не слишком верила преданиям, но надеялась, что это правда. Бросив последний взгляд на любимый город, она повернулась к нему спиной, как это делала уже не раз, и вошла внутрь. До похорон осталось меньше часа.
В соответствии с традициями азари бережно сохраненное тело Лизелль накануне вечером было обмыто, умащено и облачено в белое одеяние. Затем его на всю ночь водрузили на специально построенной платформе в центре роскошного холла. Четыре охранника, назначенные для почетного караула, были еще на посту, когда вышла Т’Лоак.
На Т’Лоак было длинное платье с облегающим лифом, и такие же одеяния были на других азари, уже поджидавших ее. Их было восемь, все ее родственницы. Не единственные родственницы, их у Т’Лоак насчитывалось несколько сот. Хотя б