– Думаю, что у нас есть более подходящий кандидат.
– Вы имеете в виду загадочного поклонника?
– Да. Этти могла рассказать ему о предполагаемом наследстве, допустим, она об этом знала, или догадывалась, когда же случилось несчастье со Стонером, она могла заподозрить своего ухажера, или даже в чем-то уличить.
– Что ж, этот сюжет понятен, но слишком много допущений. Кстати в такси, которое сбило госпожу Саротти, были найдены отпечатки пальцев, разумеется, их там оказалось море, но нашему эксперту удалось, не без помощи компьютерной программы, обнаружить пару отпечатков, которые совпадают с теми, что были сняты с поверхности дверцы в почтовом фургоне. Если учесть, что это за машины, вряд ли подобные отпечатки могут служить доказательством, но если мы найдем того, кто оставил эти следы, то, по крайней мере, сможем точно сказать, что он побывал в каждой из этих машин. И, если этот человек еще и окажется в числе знакомых потерпевшей, то это будет не просто совпадением.
Я не могла не согласиться с Эриком Катлером.
– В архиве, как я понимаю по этим отпечаткам ничего не найдено? – На всякий случай уточнила я.
– Нет, ничего, – ответил комиссар
Присутствовать на конфиденциальном допросе Якова Шефнера я не могла, по закону его проводил комиссар один на один со свидетелем, записи не производились.
В результате, мы, наконец, узнали, кто был упомянут в закрытой части завещания Джудит Стонер. Да, Джудит была очень умной и предусмотрительной женщиной. Она понимала, что управление акциями – слишком обременительная забота для ее мужа, поэтому она не стала перекладывать это на его плечи, но позаботилась о том, чтобы он ни в чем не нуждался. Фактически, она составила это второе завещание для его удобства и, если хотите, позаботилась о том, чтобы наследники не ждали с нетерпением его кончины. Она обязала адвокатскую фирму сохранить в тайне имена наследников акций. Их было двое – Ронен Критц и племянница Джима Этти Саротти. Джудит считала, что о втором конверте никто, кроме Джима и его сестры, не будет знать. Да и вряд ли это кого-нибудь заинтересует. Она знала этих людей достаточно хорошо, но, видимо всего не учла. Как разворачивались события дальше и почему они привели к таким печальным последствиям, можно было только предполагать.
Этти так и не пришла в себя, хотя и появилась надежда, что это произойдет. Ее состояние стабилизировалось, она уже самостоятельно дышала, и приборы обнаруживали мозговую активность, пусть и очень слабую. Но до того момента, когда ей можно будет задать вопросы, было далеко в любом случае.