— Ну что ж, прошу за стол, — пригласил Артур Александрович, едва за расторопным Адиком захлопнулась дверь. Чувствовалось, что в любых ситуациях он привык быть хозяином положения.
Икрам Махмудович разлил предусмотрительно открытый официантом коньяк, несмотря на возражения прокурора, налил и ему.
— За взаимопонимание и успех, — таков был первый тост Артура Александровича, и Амирхан Даутович пригубил коньяк вместе со всеми; гости больше не настаивали на том, чтобы он выпил. Правда, он с большим удовольствием выпил бокал темного чешского пива "Дипломат", похвалил.
Икрам Махмудович среагировал сразу:
— Нет проблем, Амирхан Даутович, завезу как-нибудь пару коробок финского баночного — в жаркий день нет напитка лучше.
Сидели долго, но ни о работе, ни о каких-то проблемах больше не говорили; хотя Икрам Махмудович дважды пытался получить у прокурора консультацию по каким-то конкретным делам, Артур Александрович мягко, но настойчиво уводил разговор в сторону. Чувствовалось, что он образован, во всяком случае начитан.
Бывал Артур Александрович, оказывается, и за границей, в том числе в Японии, и они обменялись с Амирханом Даутовичем своими впечатлениями о тамошней жизни и порядках.
Расстались далеко за полночь, уговорились встретиться на другой день за обедом в "Лидо".
После ухода гостей Ликург еще долго размышлял о необычном визите, о своей жизни, в которой с завтрашнего дня, похоже, начинается новый этап. Вновь и вновь он возвращался памятью к сказанному Артуром Александровичем и к редким репликам Икрама Махмудовича.
Что крылось, например, за фразой: "Мы отдаем себе отчет в том, что идем на большой риск, посвящая вас в свои дела"?
Одно было ясно: дело, в которое он вступит завтра, или, точнее, уже вступил с этой полуночи, — крупномасштабное, солидное, оттого они и шли на риск. И Амирхан Даутович понимал, что еще какое-то время, пока он не выдержит изощренной проверки или чемто особенным не привяжут его к делу, за ним будет глаз да глаз — уж он-то, как юрисконсульт, будет знать гораздо больше, чем даже Икрам Махмудович. Ясно, что Артур Александрович не из тех, что любят посвящать лишних людей в свои дела, а вот с юристом, хочешь не хочешь, придется консультироваться. Но какую бы опасность, риск Азларханов ни предвидел, ни предчувствовал, ему хватило мужества не отказаться — обстоятельства сложились так, что он еще раз проверялся жизнью и как юрист и как гражданин. Думал он и о том, что новые его знакомые как будто переоценивают его физические возможности — а может, и наоборот: знают, что врачи обещали ему месяцы — не годы? Может, деловые люди и это взяли в расчет — знакомство обещает быть недолгим, и именно недолгий срок их устраивает, гарантирует, так сказать, дополнительно безопасность? Точно сказать он сейчас не мог.