Слушая Артура Александровича, Азларханов невольно усмехался. Хозяин номера тут же среагировал:
— Я что-нибудь не так говорю, Амирхан Даутович?
— Ремонт, "люкс" на четвертом этаже… вы слишком оптимистичны насчет моих финансовых возможностей, Артур Александрович.
Тут уж рассмеялся хозяин "люкса":
— С вами не соскучишься, прокурор. Знаем ваши возможности, знаем. Мы ведь не прежнее ваше руководство: приглашая человека, ожидая от него отдачи, думаем прежде всего о нем. Какова забота, такова и работа — это наш девиз. Оттого и идут к нам охотно, хотя и элемент риска не скрываем…
Артур Александрович выдвинул незапертый ящик письменного стола и, не глядя, достал пачку денег в банковской упаковке.
— Вот получите. Это вам на первое время. Не хватит, обращайтесь, не смущаясь. Повторяюсь, я не филантроп и, как всякий деловой человек, умею считать деньги, но ваша работа будет оплачиваться высоко, так что вы вправе брать вперед любые суммы. Помните из классики: в старой России могли выдать жалованье за год вперед — у нас приблизительно такая же отжившая система, но не для всех, конечно.
Амирхан Даутович взял протянутую ему пачку пятидесятирублевок и небрежно сунул в карман. Видимо, обтрепавшийся рукав его пиджака напомнил Артуру Александровичу что-то, и он добавил:
— И последнее, прежде чем перейти к делу. После встречи со строителями поедете с Файзиевым на торговую базу соседней области — там вас тоже ждут, звонили перед обедом. У них крупное поступление. Вам следует капитально обновить свой гардероб, что называется, от и до. Солидность, респектабельность… По одежке встречают, по уму провожают — это придумал не я.
Наверное, Артур Александрович еще о чем-нибудь неожиданном вспомнил бы, прежде чем перейти к делу, но тут раздался междугородный телефонный звонок. Хозяин номера долго выслушивал кого-то на другом конце провода, изредка вставляя непонятные реплики: чувствовалось, что разговор не доставляет ему удовольствия. В конце концов, не дослушав до конца, он сказал:
— Сегодня буду, ждите, — и бросил трубку.
Затем заходил по комнате, заглянул зачем-то на минутку в спальню; вернулся в зал по-прежнему спокойным, уравновешенным — он умел владеть собой.
— Не люблю, когда срываются планы. Сегодня я собирался ввести вас в курс дела, но не хочется впопыхах. Отложим на послезавтра. Я должен срочно, сейчас же, выехать в Ташкент. А вы решайте пока свои личные дела с Икрамом Махмудовичем, устраивайтесь. — Артур Александрович взял со стола ключ и протянул его прокурору. — Это от номера надо мной, посмотрите и оформляйтесь. — Он помолчал. — И вот что я вам скажу на прощанье… Я специально не затронул этой темы вчера, считал, что ваше согласие работать с нами должно быть добровольным. — Он посмотрел Амирхану Даутовичу прямо в глаза. — Я думаю, у вас есть еще одна причина сотрудничать с нами и, насколько я знаю вас, более важная, чем деньги, но вы о ней еще не подозреваете. Так вот, я думаю, теперь у вас появится возможность свести кое с кем счеты… Доберемся и до Бекходжаевых — дайте только срок. А пока — всего хорошего.