Полшага до неба (Семироль, Семироль) - страница 62

— Нет.

— А почему тогда? Ведь не самый удачный вариант для мужчины…

— Не нашел себя в других специальностях.

— А семья не против?

— Нет у меня семьи.

— Ну как это так? — Тильда даже мочалку выронила. — Ты же молодой, наверняка красивый… И что — даже девушки нет?

— Даже нет, — ровно ответил Маард. — Не сложилось. И давай тему сменим.

— Слушай, а как ты разговариваешь? — натянуто-весело спросила девушка.

— У меня ларингофон, а в глотке ящера транслятор.

— Ага… — сказала она и задумалась.

Дракон улучил момент и вырвал у девушки из рук пучок хвоща. Миг — и мочалка исчезла в глотке зверюги. Тильда выглядела растеряно.

— И что теперь делать прикажешь, проглот?

Ящер встряхнул крыльями, окатив девушку потоками воды.

— Ах, ты! — завопила она и принялась брызгаться.

Хохот, визг, добродушное ворчание дракона, туман, тающий в лучах восходящего над озером солнца, азартно сверкающие серые глаза, еле уловимый запах мыла от мокрого тела и каскад холодных бодрящих капель, которые не то дракон ощущал шкурой, не то Маард кожей. И впервые за много дней Маарду было спокойно и легко. Смеялась Тильда, нежилось в утренних лучах маленькое лесное озеро, насвистывал тихонько довольный дракон.

— Знаешь, — сказала Тильда уже потом, когда они возвращались в пещеру. — Бывают такие моменты, которые потом вспоминаешь долго-долго. Если не всю жизнь. Мне кажется, сегодняшний день я буду помнить всегда.

18

Бирюзовый шелк моря стелился под крылом, сливаясь в бликующую бесконечность. Ощущение быстрого полета кружило голову — хотелось вытворить что-нибудь эдакое, веселое. Лишь усилием воли Маарду удалось взять себя в руки. Понимая, что ведомый сейчас тоже во власти куража, он коротко приказал:

— Альбатрос-два, я Альбатрос-главный — держим дистанцию. Включить сетку.

— Маард, — в голосе Ромеро слышался щенячий восторг. — Ну ведь красиво же, черт подери! Что ты, в самом деле! Глянь, как я могу!

— Альбатрос-два, — ответил Маард, стараясь, чтобы голос звучал холодно и ровно. — Мы выполняем задание, если вы не подчинитесь, то будете отстранены от полетов.

Маард хорошо понимал Ромео. В этот полет отправили лучших операторов. Пусть вслух об этом и не говорилось, но это была награда. Первый испытательный полет за пределами базы. Вместо привычных, надоевших всем шмелей — боевые альбатросы. Изделия серьезные. Вот только не учли кураторы, как подействует вид рифа на изнывающих от скуки в изоляции операторов. Если даже ему, Маарду, хотелось любоваться и любоваться красотой моря, жалея, что не может ощутить запаха волн и свежего ветра, то что уж говорить о Ромео. Этому волю дай — уронил бы свою «птицу» в воду и сам с детскими восторженными воплями плюхнулся следом.