— Известно откуда — от маркитантов, — сказал старик. — У них выходы на тайные фермы, на склады с восстановленными продуктами. И выбор всегда есть.
— Вы у них что же, на пайке сидите? — усмехнулся Зигфрид. Он вертел в руках какой-то засушенный фрукт экзотического вида.
— Можно и так сказать, — согласился хозяин, — «Ты мне — я тебе» — этого закона еще никто не отменял.
— И что же вы можете предложить маркитантам? — спросил Книжник, с сомнением глядя на старика. Выглядел он не слишком ловким и расторопным, чтобы понадобиться угрюмым, всему знающим цену парням в темных очках.
— Услуги, — сказал старик, отрезая наполовину источенным ножом кусок мяса. Кинул в угол, где примостился рукокрыл. Клацнула пасть, мясо провалилось в глотку.
— Уж не с мутантами ли связанные? — догадалась Хельга.
— В точку, — усмехнулся хозяин. С кряхтеньем опустился на грубый самодельный табурет. Остальные последовали его примеру. Вслед за стариком потянулись к еде. — Мутанты всем досаждают. Тот, кто может с ними договориться, всегда полезен.
Жуя сочное мясо, Книжник не желал думать, насколько оно связано с этими самыми мутами.
— Договориться? — переспросила Хельга. — Вы что же, приручаете их, как своего рукокрыла?
— Я договариваюсь, — повторил старик. — Диких мутов нельзя ни приручить, ни укротить. Но с ними можно договориться.
— Мне сейчас кажется, что вы лукавите, — заметил Зигфрид. — Я видел, как слушались вас крысособаки. Ни черта вы не договаривались с ними. Вы просто приказали.
Старик скривился. Покачал головой:
— Все не так просто. Со стороны все видится иначе…
— Да прямо говорите — вы тоже мутант? — прищурился Зигфрид. — Так? Все эти ментальные штучки — из арсенала шамов.
Старик задумался. Развел руками:
— Я обычный человек. И родился безо всяких способностей. Они появились позже. Если так — то мутантом может стать каждый из вас.
Зигфрид сухо усмехнулся:
— Ваша правда… Кстати, мы так и не узнали, как вас зовут. Невежливо получается. Вот эта милая девушка — Хельга, этого парня мы зовем Книжником, я — Зигфрид.
— Зовите меня просто — Отшельник, — сказал старик. — Так меня все кличут. Данное при рождении имя я давно забыл, а прозвище, от Ззаргов полученное, неблагозвучно.
— А откуда вы родом? — спросил Книжник, — Уж не из наших ли будете, из кремлевских?
— А пожалуй что, из ваших, — усмехнулся Отшельник. — Предки мои вроде бы из Кремля, да я того совсем не помню. Мои воспоминания начинаются с похищения. Вокруг орали, убивали, жрали. Просто удивительно, что я не сошел с ума. Думал, и меня сожрут. Но как-то обошлось. Продали меня маркитантам — те хорошо за детей платят. Я, правда, не знал тогда почему. Думал, они детишек любят…