Возмездие (Незнанский) - страница 63

—        Что это ты? Что так пытливо изучают твои глаза?

—        Напоминаю: Губернаторов, убитый член Госдумы, чье место занял Новгородский.

—        Ну... и?..

—        Киллера взяли почти сразу. Редкое везение. За обещанное сотрудничество со следствием ему оформили явку с повинной.

—        Он сотрудничал?

—        Да. Но следователь Миронов унес домой почти готовое к передаче в суд дело. И аллее капут. Ты же слышал.

—        А киллер?

—        А киллера перевели в другую камеру, где он повесился на рубашке.

—        Нормально. Темная история. Так, может, рванем к Моисееву? Вдруг старикан что-нибудь знает? Может, Миронов с ним откровенничал по дружбе. И вообще, давно мы у него не были.

—        Это верно! Хорошая мысль! Что ж, собираемся.

Турецкий поднялся, убирая бумаги в сейф, спросил:

—        А что скупки, Слава? Где наши «ранее судимые Малевич и Филонов»?

—        Тишина, Саня, — вздохнул Грязнов. — Глухо, как в танке.

—        Але? Кто? Саша? Не может быть! А и где Слава? И тоже с вами? Не может быть! Как? Уже едете? Не может быть! А что так трещит? Трубка? Чтоб я так жил!

Турецкий, звонивший Моисееву прямо из «мерседеса» Грязнова, едва успевал вставить слово в радостную скороговорку старика.

—        Что купить, Семен Семенович?

—        Ничего не надо! Я вчера делал базар! Все в доме есть!

—        Мы все равно в магазин заедем. Лучше скажите, чего бы вам хотелось?

—        Какой магазин? Зачем эти вирванные годы? Вы пока туда-сюда, вы же передумаете ехать! А я так хочу вас видеть — вей з мир!

—        Скоро будем!

—        Как скоро?

—        Через полчаса.

—        Хорошо, хорошо, я пока уберу свой гармидер.

-Что?

—        Ну... беспорядок. Подмету пока. Ой, Саша, вы ж за деньги говорите? Шо я вам голову морочу?!

Моисеев шмякнул трубку. Саша рассмеялся:

—        Так обрадовался старикан!

Дети Семена Семеновича давно уехали в Израиль. В прошлом блестящий прокурор-криминалист, Семен Семенович Моисеев жил в одиночестве и, можно было бы сказать, в забвении, если бы не визиты Александра и Вячеслава, да еще племянника Грязнова — Дениса. Правда, навещали старика не так часто, как хотелось бы. Но всегда с большим удовольствием.

Заехав по пути за продуктами и бутылочкой коньяка, чтобы не расходовать пищевых боеприпасов «сделавшего базар» Семеныча, друзья ввалились в его дом.

—        Боже ж мой, как я рад! Ну, проходите, проходите! Что ли будем выпивать на кухне или где?

—        На кухне, Семен Семенович. Мы там привыкли.

—        Это упрек или как? Мы можем и в комнате, их есть у меня!