Несмотря на то, что она получает удовольствие от своих представлений, даже больше, чем девушка могла себе изначально представить, она была благодарна за то, что у неё были небольшие перерывы между ними. С приближением полуночи, она решила подыскать себе укромный уголок, чтобы незаметно понаблюдать за зажжением костра.
Но как только она начала прокладывать себе путь через площадь, которую уже окрестили кулисами, несмотря на отсутствие сцены как таковой, её быстро заметили в упорядоченном хаосе, возникшего в связи с грядущим рождением близнецов Мюррей.
Собрались несколько артистов, и кто-то из обслуживающего персонала, всё с тревогой выжидали развязки. Доктор, которого привлекли, похоже, находил ситуацию странной. Приходит и уходит акробатка. Эйдан Мюррей мечется туда-сюда, подобно своим кошкам.
Селия старается быть хоть чем-то полезной, но всё сводится главным образом к тому, чтобы принести-унести чашки с чаем и найти новые и созидательные способы по убеждению людей, что всё будет хорошо. Вся эта суета по большей части напоминает ей, как она утешала своих клиентов после «спиритических» сеансов, которые, к её удивлению, были ей благодарны от всей души.
Ну, вот раздается тихий плач за несколько минут до полуночи, который откликается чувством облегчения и встречается вздохами и криками радости.
А затем немедленно следует что-то еще.
Селия чувствует это, прежде чем слышит аплодисменты эхом разносившиеся по двору, какое-то изменение, которое внезапно, будто волной, окатывает весь цирк. Эта же волна пробегает по её телу, заставляя невольно дрожать, чуть ли не сбивая её с ног.
— С Вами всё в порядке? — раздается голос у неё за спиной, и, оборачиваясь, девушка видит Цукико, которая берет её под локоть своей теплой рукой, чтобы поддержать. Сквозь хорошо знакомый блеск Селия узнает сияющие улыбающиеся глаза акробатки.
— Я в порядке, спасибо, — отвечает Селия, пытаясь отдышаться.
— Вы — чувствительный человек, — говорит Цукико. — Для чувствительных людей весьма обычно быть затронутым такими событиями. — Из соседней комнаты эхом раздался еще один плач, присоединяясь к первому и сливаясь в негромком дуэте. — Они выбрать подходящие время, — говорит Цукико, обращая всё свое внимание на новорожденных близнецов. Селия может только кивнуть в ответ. — Обидно, что Вы пропустить зажжение огня, — продолжает Цукико. — Оно было таким же чудесным.
Пока стихает плач близнецов Мюррей, Селия пытается отделаться от ощущения, от которого у неё до сих пор бегают мурашки по коже. Ей всё еще неизвестен её соперник, но кто бы только что не сделал свой ход, он напугал её и привел в замешательство.