– Нет, Володька, понимаешь… – смущенно начала было Женька, но он вдруг взял ее за руку и сказал, понизив голос:
– Женька, я – дурак, не догадался… у тебя, наверное, с деньгами проблемы?
Женька смотрела на его тонкие, длинные, очень красивые пальцы, лежавшие на ее заскорузлой, красной, грубой, короткопалой, широкой лапище.
У нее вдруг кровь застучала в висках. И почему-то защипало глаза.
«Есть же такая штука – маникюр, – подумала она, с трудом удерживаясь, чтобы не всхлипнуть. – И этот… массаж. И эпиляция. И еще какие-то финты, которые могут сделать мои руки если и не такими же красивыми, как у Володьки, но чтоб хотя бы не было противно на них смотреть, не было противно дотронуться до них! Или эпиляция – это что-то из другой оперы?»
– Жень, ты знаешь, – проговорил Володька, – во-первых, я готов тебе денег занять, но, если ты не хочешь лезть в долги, могу устроить одну халтурку. Я для одной частной фирмы втихаря кое-что делаю, они здорово платят, у меня сейчас денег до фига, но я просто не успеваю всю работу сделать, а там срочно нужно одну вещь проанализировать, ну, состав распознать, понимаешь? И заплатят, главное, хорошо! А?
Он искательно заглянул Женьке в глаза.
Та усмехнулась. Да, по части анализа никто с ней в их лаборатории не сравнится! Володька правильно выбрал помощника в своей левой работе.
Так вот чем объясняются его подходцы… и понять это тоже помогает элементарный анализ. Только не химический, а психологический. Но Женька не обиделась. Ей все равно было приятно – стоять рядом с ним, говорить о том, что можно вместе провести обеденный перерыв, о работе, которую они могли бы делать вместе, приятно, что он держит ее за руку… и запах кофе, доносившийся из автомата, уже не напоминал запах средства для чистки унитазов «Ирландская роза».
– Ладно, – сказала она, осторожно вынимая руку из его тонких пальцев. – Конечно, я тебе помогу. Само собой. Но сегодня я в магазин с тобой не пойду. Ты не обижайся, но мне как-то неудобно.
– Как хочешь, – покладисто согласился Володька. – Но тогда возьми аванс. А я сейчас навру что-нибудь Кощею и сбегаю к своему работодателю, а потом тебе втихаря подставлю пару пробирок, которые надо исследовать. Вот деньги, – он проворно сунул Женьке в руку две красные пятитысячные бумажки. – Они обещали заплатить двадцать тысяч. Десять авансом, десять – потом. Не слабо, да? Двадцать штук за какой-то паршивый анализ!
Женька медленно кивнула. Еще бы не слабо… Не то слово! Это больше ее зарплаты!
Она взяла деньги и спрятала в карман.
Прозвенел сигнал. Технический перерыв кончился.