– Это какую еще такую привилегию? На принцесс бросаться, что ли?
Вокруг послышались смешки. Граф попытался возмущенно посмотреть на посмевших над ним хихикать, но из положения «висящие четвереньки» грозного взгляда не получилось. Листик встряхнула своего пленника, что при ее комплекции было совершенно невероятно – девочка-подросток оторвала от пола довольно-таки упитанного юношу!
– Ну! – нахмурила брови рыжая девочка.
– Древняя привилегия рода Коэльяк! Привилегия, восходящая к эпохе становления зелийского королевства! – начал пространно объяснять граф, но потерявшая терпение девочка встряхнула его еще раз, и граф быстро закончил: – Привилегия – целовать руку принцессе!
– Ну ничего себе! – удивилась девочка. – А если принцесса не хочет?
– Эта привилегия дарована нашему роду за заслуги королем…
Девочка опять встряхнула графа, тот клацнул зубами и попытался объяснить:
– Все представители нашего рода постоянно пользуются…
– А если бы вашему роду была дана привилегия – ковыряться в носу в присутствии короля, то ты тоже бы постоянно этим пользовался? Так и ходил бы в присутствии короля с пальцем в носу?
Вокруг послышался смех, а Саманта сказала, при этом кивнув в сторону мужчины в полувоенном френче:
– Да, Листик, Коэльяки действительно имеют такую привилегию. А вот герцоги Нарронэллы имеют привилегию сидеть в присутствии самого короля!
– Да? – удивилась Листик. – Но герцог Нарронэлл не ходит же постоянно с табуреткой, чтоб сидеть в присутствии короля. А те, которые даже когда видят, что их поцелуи неуместны, все равно кидаются на принцесс!
Вокруг уже раздавался несдерживаемый смех. Листик выпустила графа, и тот упал на пол. Девочка откатила ногой незадачливого целовальщика рук принцессы в сторону. А Милисента обратилась к принцессе:
– Ваше высочество, продолжим путь?
Принцесса кивнула, посмотрела на лежащего в нелепой позе графа Коэльяка и, то ли желая подбодрить, то ли изощренно издеваясь, сказала тому:
– Вы, граф, прекрасно выглядите, вам к лицу этот камзол!
Граф выпучил глаза, а принцесса добавила:
– Не надо волноваться, от волнений портится цвет лица!
После чего в сопровождении своих телохранительниц проследовала к выходу.
На кровати Милисенты сидели она и Саманта, а Ирэн сидела на своей. Ирэн поселилась в студенческом общежитии, в комнате Листика и Милисенты, благо места хватало. Кровать она себе поставила обыкновенную, а не такое «драконье гнездо», как у Листика. Сейчас же девушки наблюдали за Листиком. Та творила, высунув от усердия кончик языка. Девочка пламенем вырезала на стене барельеф. Это был дракончик, уменьшенная копия самой Листика. Копия получилась очень похожей на оригинал, даже выражение на драконьей мордочке было такое же лукавое, как и у настоящего дракона Листика.