Андрис накрыл мою руку своей.
– Потанцуем? Ты вальс танцевать умеешь?
– Немного. Два года училась в танцевальной школе. Потом бросила.
– Почему?
– Не знаю.
– Тогда прошу, – и Андрис подал мне руку.
Оркестр заиграл громче. Кроме нас, танцевали еще две пары. Пожилые мужчина и женщина вяло передвигали ноги, о чем-то тихо переговариваясь между собой. Другая пара – молодые люди – танцевали шутливо, как-то дурашливо.
Томная нежная мелодия вальса плыла по залу.
Самый музыкальный город мира, Вена, давал сейчас мне мастер-класс, чтобы я всей душой впитала и запомнила это мгновение – надолго, может быть – навсегда. Музыка проникала в сердце, и все пело, плыло, скользило и кружилось вместе с ней. И эти блики на люстре, вспыхивавшие поминутно радужными огоньками, и витки канделябров…
Я не помню, как мы доехали до отеля. Как только мы переступили порог моего номера, страсть бросила нас навстречу друг другу…
Когда первый раунд любовной схватки кончился, после краткого отдыха мы перебрались в ванную комнату. Наполнили водой большую ванну и погрузились в воду.
Мы сидели и смотрели друг на друга. Наши руки сплелись. А губы нашли друг друга, нетерпеливые и горячие. Я обхватила ногами талию Андриса и прижалась к нему, вся дрожа от охватившей меня лихорадки.
– Я хочу тебя, – шепнул мне Андрис. – Здесь и сейчас!
Он прижал меня к бортику и вошел в меня, схватив руками за бедра. Мы качались на волнах блаженства, перепутав сон и явь. Мои глаза были закрыты – я была здесь, но одновременно и где-то далеко, в волшебном мире любви.
Он двигался во мне не спеша, то замедляя, то взвинчивая темп. Удовольствие растягивалось до бесконечности: я ничего не видела и не слышала – только его дыхание было для меня реальным в эту минуту, только его губы, жадно впивавшиеся в мой рот, его поцелуи, то быстрые и жадные, то нежные и вкрадчивые.
Мне казалось, что я схожу с ума. И бурлившая вода в джакузи билась о бортик в такт волнам наслаждения, пробегавшим по моему телу.
Когда все закончилось, мы еще несколько минут не могли разомкнуть объятий, влажная кожа горела, и я уткнулась лбом в шею Андриса.
– Боже! Что ты со мной делаешь! – прошептала я.
Мы не двигались, любовь обессилила нас. Чувство реальности возвращалось ко мне постепенно. Воздух вокруг нас был еще наполнен нашими судорожными вздохами, поцелуями и сжигавшей нас изнутри лихорадкой.
Я застонала и открыла глаза:
– Где я?..
– В Вене. Со мной. И, кажется, нам пора перебраться в кровать…
На другое утро нам предстояла поездка к Марку Ратинбергу. Я зашла в поисковик и нашла фото Ратинберга.