— Майлз! — взвизгнула Белл.
— Уходи! — с угрозой в голосе сказал Майлз и я знал, что он не шутит.
Я поднялся.
— Я как раз собирался уходить. Мне тебя жаль, старина. Мы оба в самом начале сделали одну ошибку и ты виноват не более, чем я. Но расплевываться придется тебе одному. И это тем более обидно, что мы… просто снаивничали.
Им овладело любопытство.
— Что ты имеешь в виду?
— Нам бы с тобой следовало удивиться, чего это ради такая изящная, такая красивая и умелая, такая со всех сторон прелестная женщина согласилась на жалованье секретаря-машинистки. Если бы мы взяли у нее отпечатки пальцев, как это принято в больших фирмах, мы бы ее не приняли… и до сих пор были бы компаньонами.
Наконец-то! Майлз подозрительно глянул на свою жену. Нельзя сказать, что она выглядела, как крыса, загнанная в угол, — крысы не бывают такими красивыми. Но этого мне было мало, я решил развить успех.
— Ну что, Белл? — сказал я, подходя к столику. — Если я возьму твой стакан и попрошу проверить твои пальчики, что всплывет? Фотографии во всех почтовых отделениях? Шантаж? Или двоемужество? Или брачные аферы с корыстными целями? Действителен ли твой брак с Майлзом?
Я нагнулся и взял стакан. Белл вырвала его из моих рук.
Майлз меня окликнул.
И тут я ошибся. Глупо было идти в клетку к хищникам без оружия, но еще глупее было забыть основное правило дрессировщиков — никогда не поворачиваться к зверям спиной. Майлз крикнул, я повернулся к нему, Белл достала что-то из сумочки… быстрее, чем я достал бы сигарету.
И я почувствовал укол.
Помню, колени мои ослабли, ковер стал надвигаться на меня. Я падал, удивляясь, что Белл способна на такое в отношении меня. Падая на пол, я все еще верил ей.
Сознания я не терял. Закружилась голова, все поплыло, как после укола морфия, только эта штука действовала куда быстрее. Майлз что-то крикнул Белл и обхватил меня поперек груди. Ноги были ватными; он подтащил меня к креслу и позволил моему телу грохнуться в него. Потом головокруженье прошло.
Сознание было ясным, но тело словно онемело. Теперь я знаю, что она мне кольнула — наркотик “зомби”. Дядя Сэм применяет его, промывая кому-то мозги. Насколько я помню, официально он никогда не использовался для допросов, хотя ходили слухи, что кое-где его применяли, нелегально, но эффективно. Кажется, его применяли и психиатры, но только с санкции суда.
Бог знает, где Белл его раздобыла. И бог знает, на ком еще она испробовала это зелье.
Правда, тогда я был не в силах удивляться. Я лежал в кресле, как баклажан на грядке, все слышал, но видел только то, что находилось прямо передо мною. Я не смог бы шевельнуться, даже если бы передо мною прогуливалась леди Годива.